– Я не отпущу дочь в ЗаУМ, в памяти еще свежи Ваши способы обучения, лорд Льер, Тай не потянет таких нагрузок, – отрезал мой отец.
– Ваше Величество, рано или поздно она все равно доберется до моей академии, сейчас она уже третье учебное заведение оканчивает. Думаю, дальше вы планируете её сослать к светлым эльфам. Но ей всегда будет мало, даже замужество не станет помехой, уж поверьте мне, сильная магия накладывает свой отпечаток на личность, – проговорил Таллиен Льер, легендарный ректор Закрытой академии Универсальной Магии.
Отец нахмурился и кивнул.
– Послушайте, прекратите уже всё решать за меня, – возмутилась я, – у меня еще год обучения у фей, да и свой круг я уже обрела, мне нет смысла ехать в ЗаУМ без них, это как руки без пальцев.
– Хорошо, Ваши феи тоже будут зачислены, – обескуражил меня Льер, – сдадите экзамены, а там определимся с курсом, судя по всему первые вам точно повторять не надо, и так всё знаете.
Я кивнула и посмотрела на своих девчонок, они пожали плечами, перевели взгляд на Лилию Элин, та закатила глаза:
– Конечно же, мои девочки не оставят Тай.
– Раз уж вы разобрались с вопросом дальнейшего обучения моей подопечной, – раздался мелодичный голос моего знакомого недопризрачного эльфа, все повернулись на источник звука и ошарашенно уставились на Анивелейна Андалинского, – то может, и мне уделите толику внимания.
– Лейн? Призрак? – сорвавшимся голосом спросил Таллиен Льер.
– Таль, от тебя я такого не ожидал, – фыркнул Анивелейн. – Алитайна говорит, что недопризрак.
– Она мертва, – жёстко сказал лорд Льер.
– Не та, а эта, – указал эльф на меня. – Только не говори, что ты даже именем новой адептки не поинтересовался?
Льер посмотрел на меня и как то неуверенно сказал:
– Тайна Мор, в смысле, Мортен, так указано в документах, представленных академией Фейрана.
– Псевдоним, – вмешалась Лилия Элин.
– Значит – Алитайна, очень интересно, а что по поводу внешности? Надеюсь классическая человеческая?
Я пожала плечами, те, кто видел меня в истинном облике, тоже неопределенно толи кивнули, толи покачали головой.
– Я последний раз себя видела в зеркале около четырех лет назад, ничего выдающегося в моем образе не было, ну может, чуть высоковата для человека, но у меня в родословной не одно поколение высокородных леди, мало ли как это на внешности отразилось, по физической силе я человек.
– Таль, не отвлекайся, раз уж ты смог вырваться из своей клетки, то будь добр и меня вытащить! – рявкнул древний эльф. По-другому и не назовешь, сейчас то в Андалине правит третье поколение с его времён.
– Я впервые смог выйти, хотя и сам не понимаю причин, так что ничем помочь не могу, – грустно ответил ректор ЗаУМ.
– А меня впервые видят! – истерично рявкнул недопризрак.
– Я могу помочь, мне пришла одна интересная идея, по крайней мере, на время моего обучения Вы сможете последовать за мной, – неожиданно для окружающих, произнесла я.
– Как? – уставились на меня две пары глаз. Хорошо же эльф играет.
– Любое заклинание крови можно перенести на родственную кровь, грубо говоря, я могу перехватить ту часть проклятья, привязавшую Вас, многоуважаемый Анивелейн, к Андалинской академии, но, к сожалению, новую привязку я могу осуществить только к себе, но Вы можете договориться с кем-либо иным, являющимся носителем первородной крови, – пояснила я.
– Я согласен, ты хотя бы воспринимаешь меня как живого, – не задумываясь, ответил мне эльф. – Приступай.
– Не здесь, – улыбнулась я, – и в присутствии какого-нибудь вампира.
– Я подойду? – вперед вышел Антуан Варханейт.
– Да, Ваше Высочество, – склонила я голову.
Привязку мы осуществляли в кабинете ректора Андалинской академии. Я, под наблюдением вампира, поделилась своей кровью с Анивелейном, затем прочитала заклинание, надиктованное Антуаном, все-таки вампиры – маги крови по праву рождения. Пару секунд и я почувствовала небольшой узелок на своей ауре.
– Пойдем уже гулять, моя спасительница, – подхватив меня под локоть, потянул на выход мой личный недопризрак, – Благодарю за помощь, – это уже вампиру.
И мы вышли из кабинета, а ожидавшие нас маги ахнули, я так понимаю, сейчас эльфа видели все так же, как и я, то есть совершенно живым.
