Второкурсник Леонид по дороге в институт случайно проваливается через портал, который кидает его в иной мир. Вскоре мужчина понимает, что только в его жилах течёт кровь, а новый ареал обитания наполнен неписями и игроками…Воронка событий раскручивается, незапланированное аномальное попадание человека вызывает масштабное обновление, которое приводит Кровавых Эльфов в мир…
Хэнг Хэнгерсон поднял глаза к небу и попытался вдохнуть через нос. Конечно же, ничего из этого, как всегда, не вышло, что, впрочем, было совсем неудивительно. Участвуя во множестве битв добра со злом, нос Хэнга всегда был вместе с хозяином. Битв было бесчисленное множество и практически в каждой из них им доставалось обоим. Нос был изломан и переломан не одну сотню раз, а в одну из сеч его вообще чуть не отрубили. В побоище за Хрустальный замок, когда нападающий отряд во главе с Хэнгерсоном прорвал оборону и ввалился в тронный зал, один из защитников — стрелок-аркебузер ни с того ни с сего выкинул свою разряженную аркебузу и, неизвестно откуда выхватив хлыст, хлестанул им паладина. Хэнг легко отбил то коварное нападение, просто выставив меч вперёд, однако хлыст, сделав виток вокруг оружия, резанул паладина по носу усеянным острейшими шипами наконечником и чуть было не срубил злосчастную часть лица вовсе.
Только благодаря мастерству и своевременности принятых мер магистру Бишопу Вензу Исцеляющему удалось быстро остановить кровотечение и пришить висевший на клочке коже орган на место.
Конечно, во множестве битв страдал не только нос, но и всё тело целиком, ибо Хэнг был мощный, огромный, большой и именно поэтому в него хочешь — не хочешь, а что-нибудь да прилетало. То стрела, то булыжник, то болт от арбалета, то сам арбалет вместе с отрубленной рукой врага. Всем противники норовили поразить героя, но нос всё же страдал больше всего и из-за этого паладин им почти ничего не чувствовал.
«А ведь наверняка тут множество прекрасных ароматов», — думал он, глядя на восхитительную природу вокруг.
Весна уже начала вступать в свои права. Воздух должен был быть свеж и чист. В траве и на деревьях слышалось щебетание и пение птиц. Светило солнце, на небе было ни облачка, а само небо было светло-светло голубым в своей бездонности.
— Какая прекрасная погода, — прошептал находящийся в изгнании паладин, обведя округу взглядом, который после осмотра холмов и лугов упёрся в огромное Древо Жизни, растущее в центре Портальной площади.
Иггдрасиль, а именно так назывался этот великан, был монументальным и величественным. Его ветви росли в разные стороны на огромное расстояние и образовывали большую корону. Рос он от сотворения мира и своей кроной, как и положено по легенде, практически подпирал Небесный Свод.
Вообще таких деревьев, как это, в мире Эллирры было много — практически в каждом эльфийском селении было дерево той или иной высоты и ширины. Однако, всё по тем же легендам, именно древо, растущее тут, являлось самым древним, самым большим и самым почитаемым среди всех остальных деревьев, что росли на землях проживания солнечных эльфов. Неспроста же Высшие эльфы раз в год проводили тут ритуал посвящения в свою расу, выбирая себе из обычных эльфов самых лучших и обращая их.
Хэнг не был глупцом и старым байкам особо не верил. Ведь даже ему — воину-паладину, было понятно, что не может небесный свод быть так низко и много ниже гор, однако само по себе дерево было действительно большим и представляло собой не только величественное творение божественной природы, но и огромный источник ресурсов.
Вокруг Иггдрасиль копошились и прыгали множество псевдоразумных гремлинов. Именно тут прибывшие в этот мир новички бессмертных должны были начинать постижение умений бойца, обильно поливая корни Древа Жизни кровью псевдоразума.
Сейчас был полдень, и самое время было бы новичкам появиться, но их не было, как вчера и позавчера, и поза-позавчера, впрочем, как и весь последний месяц. Именно месяц назад появился крайний Бессмертный, но даже не успел ничего сделать, как практически сразу же исчез, как и было предсказано в святых манускриптах.
«И появится последний из них и исчезнет он в небытии, чтобы возродиться на сороковой день вместе с братьями своими. И перевернётся весь наш мир и станет он другим. И все сорок дён и сорок ночей будет происходить Великий Катаклизм. И когда закончится он, и когда через сорок лун Бессмертные вернутся, то не станет больше мира прежнего, ибо в Свет и Тень придёт Сумрак. И начнется битва всех со всеми».
Хэнг не верил этому опусу, однако тридцать дней назад все бессмертные ушли в свой мир, крича напоследок непонятные слова, что грядёт какая-то глобальная обнова, и до сих пор не появлялись.
И тут волей-неволей паладину пришлось поверить в предсказание. А значило это, что через девять дней сюда вновь прибудут новобранцы, которых Хэнг должен будет обучать, исполняя данное им слово.
Уже шесть месяцев великий воин, герой из героев, гроза тёмных сил скрывался вдали от цивилизации под личиной мастера для новичков. Его спрятали тут маги, чтобы Хэнг смог избежать мести Тёмного Властелина и не только его…
