– С запада по воздуху приближается группа объектов, – коротко сообщил оператор.
– Галанты? – раздался из комма голос Ривса. – Но почему с запада?
– Это не дисколеты, – оператор передал на коммы изображение ночного неба с подсвеченными летящими объектами, которые пока выглядели роем неясных пятен. – Объекты гораздо крупнее, вытянутой формы и движутся не цепью, а беспорядочной группой. Высота более километра, но объекты снижаются. Я убираю все зонды на глубину. Оставил только наблюдение.
Прошла долгая минута напряженного ожидания, и взволнованный голос оператора сообщил:
– Объекты опознаны как боевые машины марки МРР, состоящие на вооружении спецподразделений космофлота Звездной Конфедерации! Они продолжают снижаться. Приводнение произойдет ориентировочно в трех километрах от комплекса.
От услышанного у Маргарет перехватило дыхание. Прижав ладони к щекам, она широко открытыми глазами следила за передаваемым на монитор комма кубрика изображением.
Колокольчиком мелодично звякнул дверной звонок, и в кубрик ворвался Мэтью.
– Хаббард, ты мне и нужен, – увидел он администратора. – Срочно заблокируй все помещения с русскими.
Кеннет поспешно отключил связь с оператором и удивленно посмотрел на Ривса.
– У русских никогда и не было личного доступа на территории комплекса.
– Я знаю. Но до выяснения ситуации заблокируй и их связь с оператором. И за Вересовой завтра Брюно не посылай.
– Но она здесь. У нее с Венскусом какой-то ответственный эксперимент, который нельзя прерывать. Ей пришлось остаться на ночь.
– Что? Тогда до особого распоряжения не отпускать ее на берег.
– Мэтью, – перебила конфедерата Маргарет, – это то, о чем я думаю?
– Я тоже надеюсь, что это прибывшие в ответ на наше послание солдаты Конфедерации, Маргарет. Давай наберемся терпения и подождем их прибытия в комплекс.
– А вдруг это русские?
– Ты же слышала, что сказал оператор. Комп определил их как боевые машины армии Конфедерации.
– Дай бог, чтобы это было спасение, – прошептала Коул, и Хаббард впервые увидел свою начальницу не железной леди, а обычной женщиной, которой требуется надежная защита.
В свете разворачивающихся событий о Толстой Солли все забыли. Да и она сама в данный момент не думала об эксперименте. Проводя ночь с Брюно Мартином, чей комм был в числе подключенных к связи с оператором, Кюре узнала о появлении объектов, опознанных как роботы космофлота Конфедерации. После того как любовник спешно покинул ее кубрик, она упорно, но безнадежно пыталась взломать сеть интеркома, дабы подключиться к внешнему обзору. Еще сразу после падения дисколета галантов ранее свободный доступ к интеркому МОНИК был ограничен администрацией. Теперь персонал довольствовался лишь научной базой, развлекательным сектором и, естественно, внутренней связью. Вся информация с внешних приборов и зондов обязательно контролировалась администрацией и лишь после этого могла быть открыта для общего доступа. Также любые заявки к техникам и оператору передавались не по личной связи, а через членов администрации. Даже лаборатория, в которой работала Вересова Мария, была отключена от общей сети. Солли не понимала подобной паранойи и не раз говорила об этом Веласкесу и Брюно, которые являлись членами администрации. Но те лишь пожимали плечами, то кивая на вышестоящее начальство, то неся какую-то ахинею о необходимости соблюдения строгой секретности.
Но секретность секретностью, а скрыть от персонала прибытие подразделения боевых машин общей численностью в два десятка все равно было нереально. Потому Солли получила-таки на комм общее оповещение срочно явиться в парк отдыха, где было принято проводить общие собрания. Глядя на заспанные лица ничего не понимающих коллег, она еле сдерживалась от желания поведать им о том, что знала сама.
Вот на сцену бодро вскочил Мэтью Ривс, включил систему объемного звучания и, пригладив ладонью аккуратно уложенные, подернутые благородной сединой волосы, вдохновенно заявил, что наконец-то приближается тот час, ради которого они долгие годы терпели всевозможные лишения. После четвертьчасовой речи о героическом подвиге оторванного от цивилизации персонала исследовательского комплекса, продолжающего, несмотря ни на что, самоотверженно работать на благо человеческой цивилизации, публика готова была взорваться от распирающего всех нетерпения: что же все-таки произошло? И уже на самом пике накала общественного нетерпения Ривс коротко, но торжественно поведал о запуске аварийной почтовой капсулы к мирам Звездной Конфедерации и сообщил о вероятном прибытии помощи извне.
Перед затаившей дыхание от невероятнейшего известия публикой развернулась галопроекция с изображением бредущих по океанскому дну металлических монстров.
– Ий-ес! – прорезал тишину крик лаборантки Петры Валенски и тут же утонул в оглушительной какофонии эмоциональных воплей.
