– Как только мы снова окажемся в населённом пункте, нам придётся на это пойти. – Леннокс растерянно развёл руками. – Тут, на севере, уличной музыкой много не заработаешь. Здесь так мало людей…
– Но не можем же мы…
– Ничего другого не остаётся, – решительно заявил он. – Если воруешь из-за голода, это не считается преступлением.
Алеа сомневалась, что это правда. Она и представить себе не могла, что войдёт в супермаркет и что-то вынесет оттуда тайком – или отправит на это дело Леннокса, которого наверняка не заметят и не поймают. Но нет. Это уже куда серьёзнее, чем ездить в поезде без билета, хотя и
Едва она подумала об этом, как её желудок заурчал так громко, что Леннокс грустно покачал головой.
– Между хорошо и плохо порой ох как непросто провести линию, – сказал он. – И то, на какой стороне ты окажешься, часто решает случай. Нам просто не повезло.
Дальше они шли в молчании.
Вскоре вдали показалась улица. Подойдя ближе, они увидели россыпь домишек, зажатых между проезжей частью и рекой.
Алеа сделала ладонью козырёк от солнца.
– Это закусочная?
– Да! – крикнул Леннокс. – Закусочная!
Алеа остановилась. Что же им делать? Денег, чтобы что-то там купить, у них нет…
– Там на табличке написано
Рыбные палочки с картошкой фри! Желудок Алеа сжался, издав громкое урчание. Рыбу она не любила, но при мысли о картошке фри рот наполнился слюной. Она сглотнула и попыталась мыслить ясно. Мало того, что у них совсем нет денег, так ещё и, возможно, входить в забегаловку опасно!
– Вдруг полицейские сообщили наши приметы по радио? Что, если нас там узнают?
– Я могу зайти один и что-нибудь для нас прихватить, – сказал Леннокс и посмотрел на неё со всей серьёзностью. – Меня никто не увидит.
Алеа боролась с собой. Не может же он просто войти и взять два пакетика с картошкой фри!
– Красть – это… полный отстой, – наконец заявила она.
Леннокс вздохнул:
– Тогда остаётся лишь одно – проверить, нет ли чего съедобного в мусорках. – Он указал на баки, стоявшие вдоль боковой стены дома.
Алеа стало дурно.
– Или мусор, – добавил Леннокс, – или придётся что-то украсть.
Алеа прикусила губу:
– Есть и третий вариант.
– Какой же? – со скепсисом поинтересовался Леннокс.
– Мы попросим покормить нас бесплатно.
Он нахмурился. Очевидно, такая идея ему в голову не приходила.
– Не думаю, что получится. Но попробовать стÓит.
Когда они вошли в тесную закусочную, они тут же почувствовали ароматы еды. У Алеа снова заурчало в животе. За стойкой стоял сердитого вида мужчина, который даже не поздоровался с ними. Рядом лежал огромный коричневый пёс.
Алеа подошла к стойке и робко поздоровалась.
Мужчина не ответил и лишь выжидательно скрестил руки на груди. Неужели по ней видно, что она бездомная? Её атласная куртка была заляпана грязью, волосы спутаны.
–
Мужчина что-то ответил, но Алеа его не поняла.
– Я хочу есть, – поспешно добавила она по-английски, и вместо того, чтобы обратить внимание на Леннокса, который предостерегающе качал головой, попыталась улыбнуться: – Не могли бы вы, пожалуйста…
Не дав ей договорить, мужчина закричал. Алеа понимала далеко не всё, но его лицо так побагровело и он так неистово жестикулировал, что сомнений не оставалось: картошки фри им не видать как своих ушей.
Леннокс потянул её за рукав.
– Уходим! – сказал он и вытащил её на улицу.
– Вот чёрт! – выругалась она, выйдя из закусочной. – Почему он так разозлился? Он ведь не обеднел бы, если бы дал мне немного еды.
Леннокс фыркнул:
– Точно бы не обеднел! Наверное, он не раздаёт еду даром из принципа. Он сказал, что не собирается угощать каждого пробегающего мимо попрошайку.
– Но ему и не приходится этого делать. Вряд ли мимо его заведения пробегает много народу! – воскликнула Алеа и, вопросительно глядя на Леннокса, добавила: – Мы что, попрошайки?
– Ну да.
Алеа кивнула. Так и есть.
Леннокс завернул за угол и потянул её за собой. Там стояли мусорные баки. Алеа хотелось разрыдаться, но она сдержалась. Леннокс открыл первый бак. Алеа подошла ближе и отважно заглянула внутрь, стараясь не обращать внимания на затхлый запах. В баке валялись упаковки, пустые бутылки… и немного спагетти.
Леннокс выудил их из груды мусора:
– Ещё свежие.
Раздираемая самыми противоречивыми чувствами, Алеа смотрела на макароны и на засохший на них томатный соус. Похоже, её желудок тоже не знал, бунтовать ему или радоваться.
В следующий момент Алеа вздрогнула от ужаса.
Мужчина из закусочной оказался прямо за их спиной! Он вышел за ними и продолжал кричать! Разве рыться в мусорных баках запрещено? Рыча, с красным лицом, хозяин закусочной рассёк воздух кулаком.
Леннокс выронил спагетти.
– Бежим! – вскричал он и побежал.
