Ещё с доисторических времен человек занимался охотой. Это увлекательное, благородное и опасное занятие, где сила и ловкость соединяются с разумом и чувственностью, умением видеть, понимать знаки природы. Но не надо забывать о том, что лес – это родной дом для животных, и некоторые из них не всегда рады вторгнувшимся чужакам. Но может случиться и так, что из охотника ты можешь превратиться в дичь.И тогда рождается страх. Страх, когда ты один на один со зверем, который смотрит на тебя, как на свою законную добычу. Но если ты сможешь победить себя, побороть свой страх, то ты станешь опасным, и зверь это почувствует… Только через страх проявляются некоторые черты настоящего человека…
Никогда не думал, что придётся писать этот текст, но, что есть, то есть. Выражаю огромную благодарность:
Марине Баутиной (Сатори) ,&lfrom=202213444 за неоценимую помощь с текстом.
И конечно,
Алексею Зелепукину .&lfrom=202213444 По сути Алексей, тот человек, который подарил прекрасную идею. Он поверил и доверил мне воплотить её в жизнь, а я лишь постарался, следовать его рекомендациям и замечанием при написании этого рассказа. Да, пусть вас это не пугает, дела обстоят именно так, и да – это больше американская история, хотя возможно она могла произойти где угодно.
Вы когда-нибудь задумывались, что такое мгновение? Вроде, моргнул и всё, слишком короткий промежуток для видимых изменений. Какие-то доли секунды. Но только не на рассвете в лесу. Когда время словно замедляет свой ход, когда ты полностью сливаешься с окружающей природой, и дело совсем не в современной экипировке, там всё иначе. Какие-то доли секунды. Когда ты полностью сливаешься с окружающей природой, и дело совсем не в экипировке, навороченном по последнему слову науки камуфляже, там всё иначе. Время словно замедляет свой ход. Ты созерцаешь. Дышишь в такт дуновению ветра. Растворяешься, становишься частью этого места, этого мира.
Ещё с доисторических времен человек занимался охотой. Это увлекательное, благородное и опасное занятие, где сила и ловкость соединяются с разумом и чувственностью, умением видеть и понимать знаки природы. Охота – это испытание собственных сил и способностей, уникальный опыт, который пробуждает в нас древние инстинкты и восстанавливает связь с природой, это не только стремление к добыть пропитание, но и гармоничное слияние с окружающим миром. Охотник – это исследователь, погружающийся в дикую природу с открытым сердцем и умом, в этом и сокрыт секрет величайшего терпения, состояние медитации, сон наяву, когда взгляд замечает любое движение, будь то падающий в последнем танце лист или осторожная тень животного. Каждый шорох природы становится напарником, а сам охотник – частью этой непостижимой гармонии, где звуки леса и пение птиц сливаются в одну удивительную симфонию.
Словно зачарованный зритель, он, затаив дыхание, наблюдает за этим таинственным и волнующем представлением под названием жизнь.
Нельзя делать резких движений, нельзя использовать мобилу, свет от неё виден слишком далеко в тёмном лесу. Чтобы всё получилось, ничем нельзя нарушать вселенскую гармонию этого момента. Ты, словно твой первобытный предок, принимаешь участие в древнем, как сама планета, соперничестве между охотником и добычей.
И вот там – в этом девственном лесу, когда небесное светило только-только начинает свой дневной путь, мгновение обретает смысл. Словно кто-то по мановению волшебной палочки добавляет света в этот мир, окрашивая его всеми цветами радуги и наполняя жизнью. И с первыми лучами неописуемая радость бытия наполняет словно родник – душу жаждущего путника.
Так было и в этот раз. Тучный, невысокий Майк – потомок выходцев из Ирландии, проворно и тихо вскарабкался на ствол сосны на склоне холма.
Риччи – уже пожилой, но всё ещё крепкий иммигрант из старой доброй Италии, облюбовал восточный край прогалины, аккуратно взобравшись на тристенде на один из двух могучих тополей, росших рядом. Алекс ещё не старый, но уже облысевший голубоглазый американец русского происхождения, затаился у подножия огромного валуна, прямо по центру поляны, огородив лежанку камуфляжной сеткой. Такой небольшой интернациональной командой они стали ждать рассвет, когда мать природа, как великий судья, рассудит противостояние охотника и зверя.
Вчерашняя вылазка была успешной, на прогалине явно читались следы оленей, а листва ещё хранила их свежие испражнения. Именно тут пролегала их тропа от места ночлега в дебрях леса к местному городку. Рассвет неумолимо приближался, и им оставалось лишь дождаться своей добычи. Охотники развесили на территории ярко оранжевые контейнеры с мочой готовой к спариванию самки, это скрывало их собственные запахи и служило хорошей приманкой для самцов. Но стадо опаздывало. Майк пару раз трубил в рожок, вызывающий самца на поединок, Риччи гремел имитатором оленьих рогов, но тщетно, кроме пары испуганных белок на поляне никого не было. Совсем никого.
Рация Алекса тихо щёлкнула, потом ещё и ещё. Условный сигнал от Риччи о том, что засада снимается. Охотник вынул патрон из патронника и поставил ружьё на предохранитель. Затем поднялся во весь рост и размял затёкшие конечности. Рация щелкнула ещё раз, в наушнике раздался раздражённый голос Майка.
– Что вы, как маленькие? Всего девять утра, можно было ещё подождать.
– Майк, ты не хуже меня знаешь, что все белохвостые уже в городе, нет смысла торчать здесь до вечера. Слезай, поедем в город, перекусим.
