— Склонен согласиться с мистером Фейном, у Хейга есть дурацкая привычка подставлять честных людей, — вновь в разговор влез Оскар.
— Меня кто-нибудь развяжет? — уточнил я. — Мы можем и дальше все обсудить, но хотелось бы свободы.
— Да-да, конечно, мистер Хейг, — засуетился Мортон, доставая складной нож из кармана.
— Не смейте! — взвизгнул Фейн.
— Почему? — лаконично спросил Ломан и напрягся. Кажется, у старшего инспектора на поясе револьвер, то-то он так потянулся к ремню правой рукой.
— Действительно, давайте ничего не будем делать. Мы явно здесь лишние, — вновь влез Кроф.
— Здесь лишний только Вы, мистер Кроф, — отрезал Ломан. — Я вообще не понимаю зачем Вы увязались за нами. Возможно Вы в сговоре с мистером Фейном?
— Нет, ну что Вы, — замахал руками в знак протеста Оскар.
— Мистер Кроф, мой друг, — неожиданно выдал Кругляш. — Он подарил мне ее и участвовал в разговоре с Танцующим Анку.
— Что ты несешь? — огрызнулся Белоручка.
Вот значит кто подарил Лукасу неизвестный амулет. Но зачем? И откуда он у Крофа? Одни вопросы.
— Мистер Хейг, давайте я вас освобожу, — участливо проговорил Брайс, пока те двое спорили биолог успел подойти ко мне.
Какое же счастье, когда руки не перетягивает веревка! Я с трудом поднялся на ноги, растирая запястья.
— Всё ты! — переключился на меня Оскар. — Ладно, признаю, хотел посмотреть, что вытворит этот, — кивнул он на Фейна, — под магическим опьянением. Анку ему такого наболтал, что мне стало интересно.
— То есть Вы хотели поучаствовать в преступлении? — уточнил Ломан.
— Да это же была шутка! — раздраженно огрызнулся Оскар. — Кто ж знал, что толстяк поведется.
— Он хотел сожрать мое сердце, старший инспектор, — настала моя очередь влезать в разговор.
— Проклятые проводники, — в невпопад произнес Ломан. — Значит так, возвращаемся к составу. А вы, Фейн, пока под арестом.
— Я никуда не пойду! Мне будет угрожать пустышка! Дожил, — усмехнулся Кругляш. — Вы все мне не противники.
— Очень хорошо, — спокойно проговорил Ломан. Мне даже показалось, что он обрадовался. По джунглям раздался звук выстрела.
Похмелье оказалось жестоко не только к проводникам, но и к обычным людям. Если первые пострадали от своей самоуверенности, то вторые оказались не в том месте и не в то время. Когда маги начинают буйствовать простому народу стоит спасаться бегством. Эту истину знает каждый обычный человек, и потому, когда первые рабочие стали приходить в себя, то они не бросились спасать других, а постарались тихонько спрятаться в джунглях. Не скажу, что это было разумное решение, но в подобной ситуации выбирать не приходилось.
На месте крушения поезда Рамзи распорядился организовать временный лагерь, и сейчас все старательно зализывали раны. А часть магов вместе с наемным аборигеном отправилась в джунгли за счастливчиками, что сбежали. К сожалению, я не успел до ухода Танцующего Анку задать ему парочку вопросов, но думаю время придет. Не верю, что местный не видел в каком состоянии находился Фейн. От него разило безумием, как от заядлого пьянчуги перегаром. Почему-то мне, кажется, что Анку тоже неспроста оказался в этой экспедиции. Как вариант он желает смерти всем в поезде — еще один борец за права коренного населения.
Невольно усмехнулся. Был у меня интересный разговор c мистером Мортоном после возращения к составу. На мою здоровую злость в отношении к Анку он только пожал плечами, сказав мне весьма занимательный факт:
— Такие, как он, не волки и не собаки.
— Это в Вас говорит биолог?
— Нет, мистер Хейг, это жизненный опыт, — скупо улыбнулся он в ответ. С его недугом лучше вообще не выражать эмоций. Линия губ выглядела ломанной и от того было неприятно смотреть на собеседника. Складывалось впечатление, что у человека два лица.
— Какой смысл натравливать на меня Фейна? Я не знаю Анку и нигде с ним не пересекался.
— Предлагаю вернуться к биологии, мистер Хейг. Что волк, что собака — оба принадлежать к семейству псовых, так и люди — мы с Вами пришлые, которые вторглись на земли Южного материка, оттеснив коренное население вглубь. Анку погнался за новыми идеалами, искал среди нас свое будущее, хотел стать частью прогрессивного населения, а в итоге…
— В итоге они никому не нужны, — перед глазами сразу промелькнули местные, обряженные в сюртуки, которые сидели на них нелепо и смешно.
— Да, чужие для своих и шуты для нас.
— Предателей нигде не любят, — озвучил прописную истину я.
— Бесспорно, молодой человек. Бесспорно, — задумчиво согласился Мортон, видимо вспоминая уже что-то личное.
Больше его я не тревожил, видя, что человек погрузился в свои мысли. Мне было, что послушать и у других действующих лиц. Например, Дван нарисовался почти сразу, как я появился. На его роже читалось, что он старался как мог, но обстоятельство сильнее. Возможно синяк под глазом и расцарапанная щека моего горе помощника, по его мнению служили оправданием, но на мой взгляд это была дерьмовая попытка.
