- Ценю это, но Нагель заслуживала лучшего.
- Лучшего, чем пост посла? Теперь она дипломат США! И служила нам в Праге просто великолепно. Взаимная выгода.
- Возможно, не такая выгодная, как тебе кажется. Она грозится раскрыть все, что знает о проекте.
Финчу показалось, что он ослышался. - Что ты сказал?
- Ты услышал.
- Угрожает раскрытием... Это бессмысленно.
- Она в бешенстве. И выдвигает требования.
- Но... она же
- Она заявляет, что у нее есть веские доказательства. Прислала в Лэнгли какое-то видео. Скоро поеду смотреть.
- Видео
- Я работал с ней годами, - сказал Джадд. - Она была чертовым главным юрисконсультом ЦРУ - Нагель
Финч ощутил, как неприятно сжался желудок.
- Пока никаких.
Финч задумался, правда ли это.
- Скоро поговорю с ней снова, - сказал Джадд. - Но если есть проблемы с безопасностью, решай их немедленно. Не стану напоминать, насколько катастрофичными будут последствия утечки сведений о проекте.
- Я лично занимаюсь этим. Только что прибыл в Пра... - Финч скривился, осознав, что сказал лишнее.
- Если ты в Праге, значит, уже
Как раз еду завершить дела.
- Позаботься, чтобы так и было. Лучше бы мне не жалеть о твоем назначении - это одна из важнейших операций агентства.
- Ты выбрал меня, сэр, потому что знаешь мои возможности.
- Именно... И кстати, - сказал директор, - предупреждаю. Если с Хайде Нагель что- то случится,
- Я не враг, - легкомысленно сказал Финч. - Я на твоей стороне.
- Берегись, - сказал Джадд. - Не испытывай мое терпение.
Связь прервалась, и Финч застыл в ошеломленном молчании, пока машина мчалась к Праге.
Потерявший терпение, он набрал номер посла Нагель.
Вызов сразу перешел на голосовую почту, не прозвонив ниразу.
Тревожно разволновавшись, он набрал Хаусмор в Крестообразном бастионе, и, к счастью, трубка стала звонить. Однако после восьми гудков перешла на автоответчик.
Финч сунул телефон в карман и надолго задумался, глядя на силуэты города за окном.
Затем принял решение.
- Меняем планы, - сказал он водителю. - Пропускаем резиденцию. Вези в Крестообразный бастион.
Машина, возвышавшаяся в центре подземной операционной, напоминала футуристическое орудие пыток. Четыре роботизированные руки с клешнеобразными пальцами выступали из сплетения кабелей, смонтированного на потолке прямо над единственной хирургической койкой.
Механические клешни готовы были вонзиться в того несчастного, кто окажется на каменном ложе внизу.
Но самое пугающее в этом устройстве было не роботизированные конечности, а система фиксации пациента. На койке висели десяток толстых липучих ремней, предназначенных обездвижить руки, ноги и грудь. А на одном конце койки металлическая дуга с пятью тонкими стержнями, расходящимися под разными углами — винтами для фиксации черепа. Лэнгдон содрогнулся. Он не мог себе представить ужаса оказаться пристегнутым здесь, с закрепленным черепом, пока механическое чудовище нависает над лицом.
— Невероятно... у них робот-нейрохирург, — сказала Кэтрин. — Первый такой назывался "да Винчи", ты наверняка помнишь.
Лэнгдон смутно припомнил газетные публикации.
Кэтрин подошла к фиксатору черепа, разглядывая торчащие винты. — Напоминает мой кошмарный сон.
— Пульт управления здесь, — Кэтрин подошла к стеклянной перегородке и заглянула внутрь.
Лэнгдон присоединился к ней. За стеклом три эргономичных кресла стояли перед мониторами с ЖК-козырьками для стереоскопического 3D-изображения. Рядом — безупречно выстроенная коллекция блестящих стальных устройств ввода: мышь, трекбол, электронный стилус, монтажный контроллер, консоль и джойстики. На подносе с пометкой HOLOGRAPHICKINETICS лежала пара сетчатых перчаток.
— Потрясающе, — прошептала Кэтрин. — Я знала, что роботизированная хирургия развивается, но это устройство опережает всё, что я когда-либо слышала, на годы вперёд.
Лэнгдон задумался, не Гёсснер ли его сконструировал.