Тайна из тайн полностью

— Мне очень хочется верить, — ответила Нагель. — Он сказал, что опасался, как бы Финч… Не знаю. В любом случае, с момента нашего последнего разговора от Финча не было вестей.

— Финч мёртв, — прямо заявил Лэнгдон. — Мы видели его у Порога перед взрывом. Кэтрин и я выбрались последними, а Финч...

— Понятно, — резко прервала она, и в голосе дрогнули нотки потрясения. — Не по телефону. Обсудим это лично.

— Нам есть что обсудить, — согласился Лэнгдон. — Посольство — безопасное место для разговора?

— Не уверена, — ответила Нагель. — Я бы предложила отель, но он слишком очевиден, и я не могу гарантировать нашу безопасность. Пока нет. — Она сделала паузу. — Вы знаете сталактитовую стену?

— Знаю, — удивился Лэнгдон её выбору столь публичного места… да ещё печально известного мрачной атмосферой. — Это недалеко от посольства, но не уверен, что—

- Приходите как можно скорее.

В штаб-квартире ÚZSI лейтенант Павел молча собирал последние личные вещи из своего шкафчика. После долгого допроса у нового начальника его понизили в звании и отправили в трёхмесячный отпуск с испытательным сроком.

Сюда я больше не вернусь, понимал Павел.

Всё изменилось сейчас. Хотя воспоминания о том дне были смутными, Павел никогда не забудет образ своего дяди, лежащего мёртвым в ледяном овраге. Гибель капитана официально отнесли к несчастным случаям, и сколько бы Павел не хотел протестовать — это не имело смысла. Более того, расследование ÚZSI было остановлено американским послом, получившим все преимущества, разоблачив методы Яначека, которым он незаконно задержал двух видных американских граждан.

Павел вышел из здания и зашагал к автобусной остановке. На месте его ждала девушка. С приветливым лицом, она вызвала у Павела слабую улыбку.

— Но холодно же, вежливо сказал он. Как холодно.

Женщина тут же отвернулась и отошла на другой конец остановки. Павел внезапно ощутил себя неизмеримо одиноким в этом мире.

Когда подъехал автобус, Павел вошёл и направился в конец салона. Никто не поднял глаз, все пассажиры уткнулись в свои устройства. Он опустился на сиденье и достал телефон, машинально открыв Dream Zone — симулятор виртуальных свиданий.

На экране тут же появились несколько новых запросов, и Павел ожидал ту самую искорку теплоты, что всегда сопровождала надежду на новые возможности. Однако сегодня телефон был холодным в его руке. Он долго смотрел на яркий экран, а затем неожиданно для самого себя выключил его и засунул обратно в карман. Закрыв глаза, он прочитал молитву за дядю и прислушался к ровному шуму автобуса, увозившего его домой.

"Капельная стена" – одна из самых  сюрреалистичных древних достопримечательностей Праги – напоминает величественный утес из расплавленной породы. Возвышаясь на сорок футов над Валленштейнским садом, этот загадочный памятник XVII века создает впечатление застывшего посреди потока каскада лавы, превратившегося в стену из текучих сталактитов, бугристых выступов и аморфных углублений.

Официально известная как Грот, она и по сей день остается одним из самых мистических мест Праги. Органичные изгибы каменной поверхности обладают почти фантасмагорическим качеством, и посетители любят разглядывать многочисленные гротескные лики, будто выглядывающие из стены. Веками церковные деятели требовали снести стену, утверждая, что она одержима злыми духами и привлекает их. Туристы часто жалуются на кошмары после посещения этого места, а несколько видных деятелей почувствовали тошноту, стоя перед ней.

Но посол Нагель к их числу не принадлежала.

Меня это успокаивает, – подумала она, глядя на стену перед собой. Грот выглядел особенно прекрасным сейчас, приглушенный и бледный в угасающем послеполуденном свете, с белыми снежными кружевами, осевшими в складках и щелях бесчисленных лиц.

Пока Нагель стояла в сгущающихся сумерках, в стене перед ней проявлялись новые лица. Она знала, что лишь малая часть видимых ею ликов была реальной –задумкой архитектора. Остальные, как оказалось, она галлюцинировала – это был психологический феномен под названием парейдолия. Мозг естественным образом стремится находить осмысленные формы в размытых контурах, и люди видят лица во всем – от облаков до узоров на ткани, от тарелки супа до теней на озере. Достаточно двух точек и линии – и большинство человеческих мозгов сделают одно и то же умозаключение.

Из своей работы в ЦРУ Нагель сделала вывод, что сторонники теорий заговора страдают своего рода когнитивной парейдолией, видя подозрительные закономерности там, где их нет... создавая порядок из хаоса.