Он ещё раз внимательно осмотрел всё произведение искусства, потом встал и быстрым шагом направился к нему.
Внезапно Павел преградил ему путь, выхватив оружие и направив его прямо в грудь Лэнгдона.
Лэнгдон взвил руки вверх.
Яначеку завершил разговор и спокойно кивнул лейтенанту, сказав что-то по-чешски.
Павел опустил пистолет и убрал его в кобуру.
"Какого чёрта он делает?!" — крикнул Лэнгдон Яначеку.
"Свою работу, — ответил капитан. — Вы пытаетесь нас
"Покинуть?! — возмущённо ответил он. — Нет, я просто..."
"Вы
Лэнгдон заколебался, переосмысливая свои слова. "Я шёл в туалет, — солгал он, возвращаясь на место. — Подумав, могу подождать".
Голем надел солнцезащитные очки, пересекая брусчатку Староместской площади к стоянке такси. Несмотря на недосып, он ощущал прилив энергии, все его мысли были сосредоточены на том, что потребуется для освободительного акта мести.
Прошлой ночью Гесснер созналась в мрачной истине, открыв, что её коллеги тайно построили обширное подземное сооружение в глубине под Прагой.
Когда Голем потребовал у Гесснер сказать, как попасть внутрь, она попыталась сопротивляться, но, подавленная болью, быстро раскрыла ответ: войти в "Порог" мог лишь тот, кто знал, где спрятан вход... и
Голему потребовалось всего несколько минут жестокости, чтобы выведать и то, и другое. Оставив Гесснер умирать, он получил нужную информацию... и её личную RFID-карту.
К несчастью, позже он обнаружил, что учёная сумела утаить одну важную деталь: самой карты
Поражённый и измотанный, Голем брёл через темноту домой, с бесполезной картой в кармане. Однако по пути к нему пришло решение его проблемы. Чем больше он обдумывал план, тем больше в нём крепла уверенность. К рассвету у него не осталось сомнений.
К счастью, Голем точно знал, где этот предмет находится в данный момент — в частной лаборатории Гесснер, высоко на холме с видом на город.
Лейтенант Павел чувствовал сардоническое удовольствие, зная, что напугал Роберта Лэнгдона настолько, что тот даже отказался от посещения туалета. Американец теперь сидел на диване, безучастно уставившись в пространство.
Частично из вредности Павел зашел за угол, прошел по коридору в туалет. Намеренно оставив дверь распахнутой, чтобы Лэнгдон мог слышать, он громко справил нужду и спустил воду.
Выходя из туалета, Павел увидел, как Яначек поворачивает за угол в коридор.
— Пойду перекурю, — сказал капитан.
Павел проработал с Яначек достаточно долго, чтобы знать — капитан курил где ему вздумается. Скорее всего, он собирался сделать приватный звонок. С Яначеком их всегда было немало.
— Команда подрывников прибудет через тридцать минут, — сказал Яначек, — чтобы вскрыть
Разбитая дверная коробка по-прежнему лежала у входа в лабораторию как сигнал тревоги, но Павел чувствовал — сегодня никто не выйдет отсюда по своей воле. Они уже ослушались прямого приказа капитана Яначека… а это оставляло им весьма мало вариантов.
— Я буду ждать команду снаружи, — сказал Яначек. — Оставайся здесь и следи, чтобы никто не вышел из лаборатории. И не спускай глаз с Лэнгдона.
Павел щелкнул каблуками.
Уже почти пять лет Павел был правой рукой Яначека. Менее известно в полиции было то, что Павел приходился Олдржиху Яначеку племянником. Когда Павлу было всего девять, его отец погиб в нелепой аварии — его сбил турист на мотоцикле. Когда мать Павла погрузилась в алкогольный кошмар с побоями, мальчик стал жить на улицах, зарабатывая мелкими кражами и вымогая у местных лавочников деньги "за защиту".
