Настойчивость водителя Мехмета, беспрерывно звонившего и что-то неистово кричавшего в переговорное устройство, наконец, была удовлетворена. Створки тяжелых деревянных ворот медленно раскрылись, за ними стояли двое юношей, жестами указавшие путь дальнейшего следования микроавтобуса. Автомобиль медленно въехал на узкую идеально мощеную дорожку и пополз по ней, с трудом преодолевая крутые повороты. Через минуту машина остановилась перед большим домом, который из себя представлял внушительный прямоугольник.
Дом или точнее одноэтажные строения, связанные в единый архитектурный комплекс, напоминали крепость с окнами и дверьми, выходившими во внутренний двор. Во дворике стоял большой крытый деревянный помост, видимо, предназначенный для приема гостей. Рядом с ним, раскинув свои ветви, уносилось вверх большое тутовое дерево.
Хозяин дома вышел в сопровождении домашних и многочисленной челяди. Не было никаких сомнений, что он здесь главный. Высокий седой старик, облаченный в светлые одежды, встал посреди двора. Водитель Мехмета выскочил из машины и стал что-то судорожно объяснять хозяевам.
Мехмета и потерявшего сознание американца быстро занесли в дом. Эмму и Виктора проводили в небольшой флигель и попросили подождать.
— Прости меня, что подвергла тебя и твоего товарища опасности, — слезы отчаяния потекли по щекам Эммы.
— Все не так плохо, — обнимая женщину, прошептал Виктор. — Мы живы, у Мехмета легкое пулевое ранение, и сама пуля едва задела его ногу. Тот, кто хотел нас убить, уже сделать этого не может.
— Раненный американец, — всхлипнула Эмма, — это тот самый тип, что преследовал меня в Америке, я видела его у Бостонской библиотеки в тот роковой день. Они неотступно следят за нами.
— Пусть так, но сейчас мы в безопасности, — успокаивал ее Дорохов. — Судьба благоволит нам, так давай будем ей благодарны.
Время странным образом тянулось очень медленно. Сквозь стены едва доносился тревожный шум, создаваемый обитателями дома. Эмма и Виктор просидели в ожидании больше часа.
Дверь в гостевую комнату приоткрылась, и вошел хозяин дома в сопровождении молодого мужчины.
— Это он! — в ужасе закричала Эмма, указывая дрожащей рукой на молодого спутника шейха. — Этот человек преследовал меня в Иерусалиме.
Дорохов, прикрывая собой женщину, попятился вглубь комнаты, ища глазами, чем можно защититься.
— Не бойтесь, — хриплым голосом на ломанном английском языке произнес старик, жестом предлагая сесть, вскочившим Виктору и Эмме.
Сам он устроился в кресле и, не находя нужных слов, обратился к вошедшему с ним мужчине за помощью.
— Меня зовут Абу, а это мой отец, шейх Сафир, — с хорошим американским акцентом и очень почтительно склонив голову, произнес молодой человек. — Отец плохо говорит по-английски и просит меня объясниться с вами. В дальнейшем, я буду переводить слова шейха и доносить ему ваши мысли. Я не представляю для вас опасности, но до сегодняшнего дня в мои обязанности входило не допустить чьего-либо расследования записей Карла Рунге.
— Откуда вы знаете про эти записи? — недоверчиво поинтересовалась Эмма. — И кто вы?
— Всему свое время, — уходя от ответа, продолжил Абу. — Скажу только, что мы знакомы с содержанием мемуаров. Прежде всего мы сожалеем, что наша земля принесла вам сегодня столько испытаний, но вы живы и сейчас находитесь у нас в гостях и под нашей защитой. Прежде чем вы получите ответы на ваши вопросы, мы хотим задать свои…
В этот момент в комнату вошли две молодые женщины и мальчик-подросток. На небольшом столике перед гостями появился горячий чай, дымящиеся кукурузные лепешки и нежно белый козий сыр. Хозяин дома с улыбкой предложил им подкрепиться. Женщины и мальчик удалились так же быстро и незаметно, как и вошли.
— Мы понимаем, — включился в тонкую восточную беседу Виктор, — и благодарны вам, но я тревожусь за состояние моего друга Мехмета?
— С ним все в порядке, — ответил Абу. — Возможную медицинскую помощь ему оказали, но по его настоянию вызвали его знакомого доктора из Стамбула. Американец в тяжелом состоянии, мы дали ему обезболивающее. Мехмет кратко нам рассказал о случившемся, но мы хотели бы узнать от вас, что на самом деле произошло.
— Это долгая история, — неохотно начал Виктор. — И запутанная.
— У нас много времени, — спокойно заметил молодой человек. — И теперь ваша история имеет прямое отношение к нам. Надо вызвать полицию, но Мехмет просит этого не делать, хотя бы до приезда доктора. Мы решим, как нам поступить, после вашего рассказа и визита врача. Отец говорит, что час смерти для американца еще не пришел. Мы отвезем его в больницу.
— Он боится туда ехать, — мрачно произнес Виктор. — Считает, что его убьют свои же подельники.
— Все мы в руках Аллаха, да светится имя его, — услышал в ответ Дорохов.
Виктор рассказал о том, что произошло с Эммой в Америке, о ее визите в Израиль и об их знакомстве и бегстве в Турцию. О поиске загадочного «священного потерянного города» и вездесущих преследователях, покушавшихся сегодня на их жизни. Дорохов, правда, умолчал о некоторых деталях, включая найденную шкатулку.
