— Прости, золотце мое, — затрясла руками нянька. — Не гневайся на глупую ворчунью, я ведь любя. Лучше взгляни, какие славные рыцари ждут тебя в саду. Оба красавчики, загляденье просто, и уж ясное дело, оба готовы для тебя на все!
— Готовы на все… Ты говоришь: готовы на все?.. — задумавшись на миг, протянула Альфиора.
Быстрым шагом принцесса спустилась вниз по мраморной лестнице в цветущий гудящий сад.
Оба рыцаря, ожидавшие ее, склонились в низком поклоне.
Пожалуй, трудно было бы найти двух людей, столь непохожих друг на друга.
Рыцарь Хьюгли, тучный, тяжеловесный, в одеждах из темно-фиолетового бархата, стоял, глядя на принцессу Альфиору нетерпеливо и жадно. Его красивое, надменное лицо, казалось, не знает улыбки. Было у него прозвище: Хьюгли Ржавый Меч. Но он не обижался на свое прозвище, скорее гордился им. Не находилось смельчаков, кто решился бы сойтись с ним один на один в поединке — таким могучим был рыцарь. Редко приходилось ему обнажать меч, оттого и говорили, что меч его заржавел.
Рядом с ним рыцарь Гиальмар, стройный и гибкий, казался совсем юным, хоть и были они однолетки. Но приглядишься — и увидишь, что обладает рыцарь недюжинной силой. А светло-серые глаза смотрели твердо и проницательно.
Альфиора остановилась перед рыцарями. Странная улыбка играла на ее губах.
Первым заговорил рыцарь Хьюгли.
— Прекрасная принцесса, ты обещала сегодня решить нашу судьбу. Ты знаешь, я приплыл сюда на корабле с далекого острова Теронис. Одно твое слово…
Рыцарь Гиальмар положил лютню на каменную скамью, выпрямился, не сводя глаз с принцессы.
Альфиора сорвала белую лилию. Но густо-желтая пыльца измазала ее пальцы. Принцесса с досадой бросила цветок на землю и наступила на него ногой.
— Напрасно про меня говорят, что я привередлива и капризна, — помолчав, проговорила Альфиора. — Вот что я скажу вам, благородные рыцари. Я стану женой того, кто отыщет путь к Хрустальному замку. Решайтесь! Кто из вас окажется находчивей и смелей, кому улыбнется удача — тот мой супруг и повелитель!
— Хрустальный замок? — рыцарь Хьюгли нахмурил густые брови. — Я готов! Я отыщу Хрустальный замок для тебя, принцесса. Но где его искать? В какой стороне? Ведь я в этих краях чужак и ничего о нем не слышал.
— О, говорят, Хрустальный замок вовсе не далеко отсюда, — небрежно проговорила Альфиора, но в глазах ее зажегся жаркий огонь нетерпения.
— Я слышал о Хрустальном замке. Но мне не было нужды искать его. Теперь другое дело! — рыцарь Гиальмар наклонился и поднял растоптанную лилию. — Клянусь, я найду путь к Хрустальному замку, принцесса!
Холодный беспокойный ветерок пронесся по саду. Из-за леса выплыла тяжелая туча. Первые капли дождя темными пятнами усыпали мраморную лестницу.
— Терпеть не могу сидеть у окна и слушать унылый шум дождя, — недовольно повела плечом Альфиора. — Ах, тоска… — И добавила уже шепотом: — Словно не дождь, а само неумолимое время течет с небес…
Альфиора, не оглядываясь, взбежала по лестнице.
Оба рыцаря, искоса поглядывая друг на друга, молча направились к воротам замка, где слуги держали под уздцы двух породистых коней.
Рыцарь Гиальмар ехал по густому лесу Вительвельт. Топот копыт глухо отдавался по заросшей травой тропинке.
Верхушки деревьев склонились друг к другу и переплелись ветвями над его головой. Тени сгустились. Кусты черного терновника, унизанные твердыми, как железо, шипами, встали перед ним непроходимой стеной.
«Пожалуй, чем труднее путь, тем ближе я к Хрустальному замку. — Гиальмар с размаху рубил мечом колючие ветки. — Иначе зачем бы дело стало, каждый простак нашел бы его».
Наконец Гиальмар опустил усталую руку. Путь свободен! Ого, он прорубил целую просеку.
Повеяло влагой, теперь лесные птицы пели у него за спиной. Гиальмар ступил на озаренную вечерним солнцем поляну и замер.
Перед ним расстилалось гладкое, как зеркало, озеро. Дно его было выстлано сверкающим серебром. Озеро окружали серо-зеленые ивы. Они опускали в озеро свои длинные тонкие ветви, и в воде ветви становились серебряными.
Со дна озера, чуть покачиваясь, поднимались серебряные цветы и травы.
Еще глубже Гиальмар увидел мерцающий серебряный дворец. Сквозь прозрачную воду можно было разглядеть богатое убранство комнат. В узорных кубках — серебряное вино. На блюде — гроздья серебряного винограда.
В камине над поленьями плясало серебряное пламя. В кресле, уютно свернувшись клубком, пригревшись, спал серебряный кот. По лестницам вверх и вниз сновали слуги. Старая служанка, присев на скамейку, что-то вязала, спицы поблескивали, и котенок играл с откатившимся клубком серебряных ниток.
Вдруг, не замутив, не всколыхнув озерных вод, из глубины поднялась женщина в длинных сверкающих одеждах. Можно было подумать, что ее платье соткано из чистых струй дождя, капель утренней росы и украшено тонким кружевом тающей пены.
