Палатка на глазах сдувается, накрывая нас тканями. Ползком наружу, а там мясо творится, иначе назвать не могу! Десятки кузнечиков, сотни рыцарей, воины лагеря. Неразбериха такая, что глаза разбегаются. Принимаю действительность отдельными кадрами. Кузнечик впился в бок коня и свалил его, всадника придавило, пытается выбраться, и мечом еще размахивает. Десяток других всадников тяжелых клином скачут к нам, снося все на своем пути, и местных крестьян и недоросшее зверье. Топчут всех подряд. Ко мне прорываются. Необычайно огромная туша прыгает на них, первый конь перелетает через кузнечика, остальные врезаются. Разлетается броня монстра и зеленая кровь ручьем и фонтаном расплескивается. Меня Милан хватает. Смотрю, Оскар зарубает еще одну образину, что подобралась близко, под ней куча людей. Руки, ноги, головы, все как–то свалено неестественно. Я будто в мясорубке. В банке с килькой!! Выворачивает наизнанку. Ужас накрывает бетонной плитой, не соображаю!! Глухота, звон в ушах, прорываются через все это тоненькие крики. Несусь туда, куда тянут. Зеленые шары из рук Милана полетели в сторону скопления монстров, которые устроились на пиршество, перебив весь мой отряд, шедший на прорыв! Загорелись бионики, как миленькие, а с ними и люди. Господи… что ж так!?
Рывок, меня за ворот, словно котенка поднимают на коня. Это рыцарь. Но через мгновение конь спотыкается о что–то и летит кубарем. Треск! Бьюсь головой. Звездочки полетели… Смена картинки, все слилось в волновые, волокнистые метаморфозы. Пытаюсь настроить восприятие, всматриваюсь. Тварей все больше!! Они прыгают и прыгают! Давят, насаживаются на колья, ползут по трупам товарищей, попутно прикусывая вопящих крестьян и рыцарей. Скрежет металла и вопли будоражат мою жалкую душонку. Ползу, черные частицы латают тело. Острая боль ничто по сравнению с этим ужасом и зашкаливающих в крови адреналином. Броню ращу. Крылья бы, да солнце в небе!
Тварь раненная ползет ко мне без нескольких лап, в том числе без одной задней, гребет, как солдат в окопе под бомбежкой. Морда страшная, рот уродливый и мерзкий, слюни с него капают, голодная мразь. И так остервенело ко мне рвется! Даже поломанная, неестественно вывернутая лапа и та работает! Пара мгновений и бионик замирает пригвожденный двуручным мечом мощного рыцаря, что едва сам держится на ногах.
Земля сотряслась от удара, будто десятибалльное землетрясение дало о себе знать. Стояла бы, уже бы летела, как на батуте.
Длинный протяжный и мощнейший гул поразил все мое сознание!! Будто труба парохода, прорывается сквозь весь это адский хаос. Приподнимаюсь и вижу любимого. В руках его что–то яркое, белое, будто меч или молния Зевса из греческой мифологии. Этим он ловко разит одну тварь, другую… рубит пополам, пронзает. Зверье, словно взбесилось, летит на него, расправив крылья. Все подряд и детеныши, и взрослые. Владыка ловко уходит от атак и расправляется с белозубками, играючи. Не думала, что Эрей Авель так умеет мечом работать, или что у него за штука?!
Безумие перерастает во всеобщую людскую панику. Даже рыцари перестали сражаться, понимая, что пришел владыка! Все уцелевшие и еще соображающие попадали ниц. И это сквозь стоны раненных и поедаемых… Господи, как же тошно и мерзко. Уже нет страха, только опасения за любимого и назревающее самобичевание. Снежным комом с горы нарастающий. Это все я!! Тварь такая, сколько можно?! Из–за меня столько людей уже умерло!!
– Эрей Авель!! – Кричу. За руку меня цепляет кто–то. Это Милан со взглядом, в котором граничит контроль с сумасшествием.
– Падай, ты что?! Сгоришь, безумная!! – Кричит сипло, задыхаясь. Весь в красно–зеленом месиве. Своя кровь, чужая или монстров. Да все вместе!!
Владыка спешит ко мне.
– Эрей Валерия!! – Кричит так громко, что земля вибрирует.
На него сыплются враги. Зеленая тварь прямо сверху падает и натыкается на его клинок. Не успел владыка вытащить оружие, еще одна лезет. Голыми руками разрывает ее на части. Сам весь уже в зеленой жиже. Вижу, что хромает. Он ведь без крыльев сейчас. Господи, поняла я! Так и падал с высоты на ноги. А если бы крылья расправил, сгорели бы все вокруг. И мои люди в том числе. Ты, мой мужчина, людей моих жалеешь, как же тебе больно…
Стряхнула руку Милана, рвусь навстречу любимому, наращивая внутреннюю мощь. Воодушевилась, боевой дух вскипел в крови. Он меня хочет забрать от сюда. Но я не собираюсь уходить, пока не спасу всех уцелевших!
Хватаю первый попавшийся меч, попутно укрепляя кисть и усиливая хватку. Осеняет вдруг мысль, нельзя чтобы он просто схватил меня и унес. Ухожу в сторону и начинаю нападать сама на кузнечиков, что уже разгулялись по лагерю, похожему сейчас на помойку из пищевых отходов. Самые мерзкие ассоциации. Давя в себе отголоски паники, набираюсь уверенности и злости.
– Эрей Валерия, нет! – Кричит строго любовь моя, сквозь рев белозубок и другие звуки.
