Гэйб как раз спустился вниз из той комнаты Крикли-холла, которую он использовал как свой рабочий кабинет. Утром этого дня, в офисе компании «Сила моря» в Илфракомбе, он был изрядно удивлен, когда его коллеги заявили ему, что он почти разрешил проблему технического обслуживания морской турбины. Однако он предпочел поработать над деталями в одиночестве, ни на что не отвлекаясь, а это лучше всего было сделать дома. Он никак не объяснял, почему в этот день приехал в офис так поздно (после посещения дома престарелых), но его никто и не спросил. В любом случае, будучи субподрядчиком компании и в техническом смысле свободным агентом, он мог позволить себе некоторую свободу, тем более что результаты его инженерной деятельности впечатляли. Поэтому Гэйб вернулся в Крикли-холл вскоре после полудня.
По правде говоря, ему не терпелось обсудить с Эвой весьма зловещую встречу с Магдой Криббен. Он позвонил жене из офиса, потому что по мобильному дозвониться в Крикли-холл по-прежнему было невозможно, хотя телефон отлично работал вдали от этого дома, но поговорить свободно они не могли, поскольку рядом с Гэйбом находились его коллеги. Он только сообщил Эве, что Магда не сказала ему ни слова, она упорно молчала. Но не стал говорить о чокнутой из соседней комнаты, которая сообщила про ночные кошмары соседки. Что же касается призраков, бегающих по коридорам глухой ночью, — ну, Гэйб решил, что эту деталь он может и вовсе опустить в своем отчете.
Но наедине он рассказал ей все, и Эва притихла — и вроде бы даже слегка побледнела, — когда он упомянул о сумасшедшей соседке Магды Криббен, уверявшей его, что та прекрасно может говорить, пусть даже во сне, а по дому престарелых бродят призраки детей. Это лишь укрепило веру Эвы в детские привидения.
Потом инженер основательно потрудился над проектом подъема коробки передач и генератора турбины над уровнем воды, с тем чтобы их можно было обслуживать с надводной платформы и служебного судна, — и день уже подходил к концу, когда он снова спустился вниз, умирая от голода и жажды, потому что, заработавшись, пропустил ланч.
Гэйб пересек холл, но не успел войти в кухню, как громкий дребезжащий звук дверного звонка заставил его остановиться. Сквозь открытую кухонную дверь Эва бросила на него удивленный взгляд. Он пожал плечами и направился к парадной двери, чтобы открыть ее.
Мужчина, стоявший за дверью рядом с Лорен, был высоким, явно на дюйм или два больше шести футов, прикинул Гэйб. На незнакомце была смешная маленькая тирольская шляпа с небольшим пером, заткнутым за ленту на тулье. И он держал трость.
— Доставлена одна юная леди с сильно ушибленной коленкой, — сообщил незнакомец низким приятным голосом. Потом, улыбнувшись, он представился: — Меня зовут Гордон Пайк. Думаю, буду вам кое в чем полезен.
У Гордона Пайка были самые добрые глаза, какие только видывал Гэйб. Они были светло-голубыми, а из уголков разбегались веселые морщинки, добиравшиеся почти до висков. Ему, пожалуй, под семьдесят… или за семьдесят, Гэйб не мог бы сказать, но его высокая фигура выглядела сухопарой и подтянутой, лишь легкий намек на животик просматривался под нижними пуговицами жилета, надетого под коричневый твидовый пиджак. Поверх пиджака на плечах болтался желтовато-коричневый расстегнутый плащ-дождевик.
Когда Лорен объяснила, что она упала на мосту, а мистер Пайк помог ей добраться до двери, Гэйб поспешил пригласить спасителя войти в дом и спрятаться от дождя.
Очутившись внутри, незнакомец снял шляпу, открыв черные с проседью волосы, зачесанные назад. Он носил также и небольшую козлиную бородку, черную с сединой, и еще его украшали густые бакенбарды, отчасти скрывавшие довольно большие уши. Улыбка мистера Пайка отличалась теплотой, а зубы выглядели столь безупречными, что Гэйб сразу заподозрил их искусственное происхождение.
Эва вышла из кухни, сопровождаемая Келли, и подошла к Лорен. Она сразу наклонилась, чтобы осмотреть пострадавшую коленку.
— Ох, бедняжка, — с сочувствием сказала она. — Как же ты умудрилась?
— Я поскользнулась и шлепнулась на мосту, — пояснила Лорен, удерживая на лице выражение равнодушия, хотя царапины уже основательно саднили. — Мистер Пайк меня поднял.
— Уверен, смертельных ран у тебя нет, — с легкой насмешкой сказал мистер Пайк.
— Спасибо, что помогли Лорен, — улыбнулась Эва, довольная результатами осмотра: ничего серьезного она не обнаружила.
— Вы — мистер и миссис Калег, я уверен. — Высокий незнакомец посмотрел сначала на Гэйба, потом на Эву. — Да, вы определенно Эва Калег. На той фотографии в «Новостях Северного Девона» вы получились просто отлично. Не так, как обычно выходят люди на газетных снимках.
— Вы ее видели? — Гэйбу приходилось смириться с фактом публикации, но в отношении незнакомца у него тут же возникли подозрения.
— Боюсь, да. Пожалуй, сей материальчик не из тех статей, что обычно читают нормальные люди, так? Но газетчики любят дешевые приемы, ради повышения тиражей.
