Опустившись на колени, Гэйб снова осмотрел нижнюю часть стенки, пытаясь найти щель или трещину, в которую можно было бы просунуть какой-нибудь рычаг. Но черная краска лежала таким толстым слоем, что все четыре стороны стенки выглядели словно запечатанными.
Надо было прихватить сюда инструменты, снова сердито сказал себе Гэйб. Краску легко содрать отверткой, под ней наверняка есть щель, можно оторвать сразу целую секцию этой стенки…
Присев на корточки, Гэйб потянулся вперед, к тому углу, где трубы отопления проходили сквозь деревянную стену.
— Что ты делаешь, папуля?
Он оглянулся через плечо и увидел Келли, с любопытством заглядывавшую в шкаф.
— Хочу кое-что проверить. Ты держись чуть подальше, ладно?
— Ладно.
Гэйб протиснул указательный палец левой руки под нижнюю из труб отопления и почувствовал, что под трубой — дыра. Угол выкрашенной черным доски, должно быть, обрезали, чтобы пропустить трубы, так что под нижней трубой осталось небольшое пустое пространство.
— Может, и получится, — пробормотал Гэйб, просовывая палец дальше, за тонкую стенку.
Он попробовал слегка подтолкнуть фальшивую перегородку, и тут же, к его собственному удивлению, та чуть шевельнулась, громко щелкнув. Гэйб удвоил усилия, толкнув на этот раз сильнее, и раздался оглушительный щелчок, похожий на выстрел стартового пистолета. Часть фальшивой стенки сдвинулась на несколько дюймов. В свете фонаря даже сквозь клубы потревоженной пыли, мгновенно заполнившей пространство внутри шкафа, Гэйб увидел, что вдоль всех краев стенки черная краска, игравшая роль маскировочного средства, треснула. Воодушевленный, Гэйб получил возможность для более свободного маневра, ухватился за нижний край фальшивой перегородки и рванул ее на себя изо всех сил.
Одна из досок внезапно отошла с визгливым скрежетом, и Гэйб обнаружил, что маскировка держалась всего лишь на двух гвоздях, вбитых в боковые рейки, шляпки которых были густо замазаны черной краской, так что рассмотреть их становилось просто невозможно. Келли испуганно вскрикнула, когда затрещала доска, и отпрыгнула от дверей шкафа, прижав ладошки к лицу. Но Гэйб даже не заметил этого, он был слишком занят — светил фонарем в проделанную им дыру. Доска все еще держалась на гвозде, вбитом в рейку справа, но Гэйб потянул ее на себя и, нагнувшись ниже, увидел, что за фальшивой перегородкой что-то есть. Нечто определенно спрятанное там.
Эва взяла с заднего сиденья внедорожника два пластиковых пакета с покупками. Она купила не слишком много в супермаркете Палвингтона, однако достаточно, чтобы оправдать свою поездку в город. Но она была слишком расстроена, чтобы сосредоточиться на покупках по-настоящему, так что взяла лишь необходимое, то, в чем ее семья нуждалась до конца недели. Ей придется сказать Гэйбу, что в супермаркете оказалось слишком много народу и слишком шумно, и ей не захотелось там задерживаться.
Небо над головой вновь затянули тучи, приглушив дневной свет и обещая ранние сумерки.
Эва локтем захлопнула дверцу машины и, держа по пакету в обеих руках, пошла через мост к Крикли-холлу. Кое-где на досках налип тонкий зеленый слой то ли ила, то ли тины, из-за чего мост стал скользким, так что Эва шла очень осторожно. Река внизу выглядела гневной, вода стала коричневой из-за земли, смытой с берегов выше по течению, и Эва подумала, что, наверное, понадобится не так уж много ливней, чтобы река переполнила русло. Эва заметила — вода заметно поднялась за прошедшие полдня. Пройдя половину моста, она подняла взгляд к верхним окнам Холла — как будто ожидая увидеть за мутными стеклами маленькие бледные личики. Но там никого не было; никто не смотрел на Эву. И тем не менее она чувствовала себя так, будто ее кто-то рассматривал.
Удрученная бесполезностью встречи с Лили, Эва медленно шагала по дорожке, тянувшейся через мокрую лужайку к парадной двери особняка, и гравий похрустывал под подошвами ее ботинок. Эва сгорбила плечи и опустила голову, но не из-за той тяжести, которую она несла в руках, а из-за тяжкой душевной ноши, от отчаяния. Она оказалась беспомощной и бессильной, сама не в состоянии установить контакт с потерянным сыном, которого так страстно желала найти. Так что же ей теперь делать? Посоветоваться с каким-нибудь другим телепатом? Но на это нужно время, а Эва ощущала некую настоятельную потребность сделать все как можно скорее — она и сама не понимала, зачем нужно торопиться. Но почему-то знала: важно отыскать Кэма прямо сейчас, до… до того, как станет слишком поздно… Но ей все равно придется искать другого телепата.
