Для барина это был третий брак. Детей в тех браках не было, чем объясняется особая привязанность Михаила Ивановича к дочери, которую подарила ему Нателла под Рождество. Жены от предыдущих браков бесследно исчезли. Как отмечали слуги, в разное время женщины повторили одно и то же: внезапно собрали вещи и покинули усадьбу, пока супруга не было дома. Отыскать барину их так и не удалось, несмотря на многочисленность привлеченных к розыску людей. На сохранившихся мутных черно-белых фотографиях Себялюбянский выглядел самодовольным. С высокомерной улыбкой на лице, он крепко держал в руках малышку, будто трофей. Нателла выглядела болезненно. С мученической улыбкой, она будто молила о помощи и просила освободить ее из плена семейной жизни. Это шло вразрез с информацией о достатке семьи и фрагментами текстов с допросов слуг, в которых говорилось о супружеской идиллии.
Диана закончила чтение и легла спать с настроем продолжить поиски на следующий день. Когда девушка вернулась в архив, ее встретила та же женщина:
– Получилось у вас позвонить?
– Да, но это ничего не дало. Со мной не захотели разговаривать, – раздосадовано сказала девушка.
– Что ж, жаль, – ответила женщина и достала из стоявшего поблизости шкафа стопку архивных книг.
Диана взяла книги и уселась на то же место. За несколько часов девушка просмотрела еще часть документов, из которых подчерпнула информацию о семье, однако снова не нашла зацепок относительно людей, работавших у барина, которые могли еще быть живы.
За окном сгустились тучи. В воздухе от легкого дуновения ветерка закружились редкие белые хлопья снега, которые таяли, едва упав на асфальт. Диана в безрадостном настроении вернула документы женщине и расстроенная вышла из архива.
У входа в трехэтажное здание архива были ступеньки и козырек, под которым можно было спрятаться от дождя или снега. Тонкий холодный ветер пронизывал до костей. Девушка остановилась, чтобы закутаться как можно теплее. Внезапный грохот чего-то тяжелого, упавшего на козырек, заставил вздрогнуть и испугал Диану. Затем это «что-то» покатилось по покатой поверхности и, упав на асфальт перед входом, раскололось на несколько частей. Это был балясин от декоративного ограждения, которое украшало центральное окно второго этажа. Послышался звук, будто кто-то сверху захлопнул окно.
