Тайна леди Одли полностью

— Я уверен, вы бы исполнили свой долг, сэр, — мрачно промолвил Роберт. — Но я не собираюсь говорить о моем дяде. Мне бы хотелось задать два-три вопроса о другой особе.

— В самом деле.

— Об особе, которая когда-то жила в вашей семье как мисс Люси Грэхем; об особе, которая теперь леди Одли.

На спокойном лице мистера Доусоиа появилось удивление.

— Извините, меня, мистер Одли, — ответил он. — Едва ли вы можете ожидать, что я стану отвечать на вопросы о супруге вашего дяди без разрешения сэра Майкла. Я могу понять причину, которая побуждает вас задавать подобные вопросы, скажем прямо, не очень достойную причину. — Он сурово посмотрел на молодого человека, прежде чем продолжить. — Вы влюбились в хорошенькую жену своего дяди, сэр, и вы хотите, чтобы я был посредником в этом вероломном флирте, но этого не будет, сэр, этого не будет. Я всегда уважал эту даму как мисс Грэхем, сэр, — продолжал он, — и я уважаю ее вдвойне как леди Одли не потому, что ее положение переменилось, но потому, что она жена одного из самых достойных людей в христианском мире.

— Вы не можете уважать моего дядю или его честь более, чем я, — ответил Роберт. — Для вопросов, которые я хочу задать, нет недостойной причины; но вы должны на них ответить.

— Должен! — возмущенно откликнулся мистер Доусон.

— Да, вы друг моего дяди. Именно в вашем доме он встретил женщину, ставшую его женой. Она называла себя сиротой и, полагаю, пользовалась не только его восхищением, но и жалостью. Она говорила ему, что совсем одинока в этом мире, не так ли? Ни друзей, ни родственников. Это все, что я мог узнать о ее прошлом.

— Почему вы хотите узнать больше? — спросил врач.

— Причина этому ужасна, — ответил Роберт Одли. — Вот уже несколько месяцев, как я борюсь с сомнениями и подозрениями, которые отравили мне жизнь. С каждым днем они все увеличиваются, их не успокоит банальная софистика и слабые аргументы, которыми люди скорее пытаются обмануть себя, чем поверить в то, чего боятся. Я не думаю, что женщина, которая носит имя моего дяди, достойна быть его женой. Я могу и ошибаться. Дай бог, если это так. Но если я ошибаюсь, то роковая цепь косвенных улик еще никогда так плотно не смыкалась вокруг безвинного человека. Я бы хотел рассеять мои сомнения… или подтвердить опасения. Есть единственный способ, которым я могу это сделать. Я должен тщательно проследить ее прошлую жизнь шестилетней давности и до этой ночи. Сегодня двадцать четвертое февраля тысяча восемьсот пятьдесят девятого года. Я хочу знать о всех событиях ее жизни между сегодняшним вечером и февралем пятьдесят третьего года.

— И ваша причина стоит того?

— Да, я хочу освободить ее от ужасного подозрения.

— Которое существует только у вас в голове?

— И в голове еще одного человека.

— Могу я спросить, кто это?

— Нет, мистер Доусон, — решительно ответил Роберт. — Я не могу раскрыть более того, что уже сказал. Во многих вещах я нерешительный, колеблющийся человек, но в этом случае я вынужден быть решительным. Повторяю, я должен знать историю жизни Люси Грэхем. Если вы отказываетесь помочь мне, я найду других. Как мне ни больно, но я скорее обращусь к дяде за сведениями, которые вы скрываете, чем столкнусь с препятствием, не успев начать свое расследование.

Несколько минут мистер Доусон хранил молчание.

— Не могу выразить, как вы удивили и встревожили меня, мистер Одли, — начал он. — Я могу рассказать так мало о прошлом леди Одли, что было бы глупым упрямством утаивать те небольшие сведения, что у меня есть. Я всегда считал супругу вашего дяди одной из самых добродушных женщин. Я не могу заставить себя думать иначе. Это все равно что вырвать с корнем одно из самых сильных убеждений в своей жизни. Вы желаете проследить ее жизнь от этого часа до пятьдесят третьего года?

— Да.

— Она вышла замуж за вашего дядю в июне пятьдесят седьмого. В моем доме она прожила немногим более тринадцати месяцев. Четырнадцатого мая пятьдесят шестого года она появилась у нас.

— И она приехала к вам?…

— Из школы в Бромптоне, которую содержала леди по имени Винсент. Именно ее настоятельная рекомендация убедила меня принять мисс Грэхем в свою семью, не выясняя больше ничего о ее прошлом.

— Вы встречались с этой миссис Винсент?

— Нет. Я дал объявление, и мисс Грэхем на него ответила. В своем письме она сослалась на миссис Винсент, владелицу школы, в которой тогда преподавала. У меня так мало свободного времени, что я был рад избежать необходимости потратить целый день на поездку в Лондон, чтобы навести справки о юной леди. Я нашел имя миссис Винсент в справочнике, понял, что это ответственная особа, и написал ей. Ее ответ был совершенно удовлетворителен: мисс Люси усердна и добросовестна, полностью соответствует положению, которое я ей предлагал. Я принял эту рекомендацию, и ни минуты не сожалел об этом. Я рассказал вам вес, мистер Одли, что знал.

— Не будете ли вы так добры дать мне адрес этой миссис Винсент, — попросил Роберт, вынимая записную книжку.

— Конечно. Она жила тогда на Кресчент-Вилла, девять, в Бромптоне.