Лорд Кавендиш представил лондонскому свету свою племянницу мисс Маргарет, о которой тут же поползли слухи. Очень уж прекрасная Маргарет похожа на давнюю любовь лорда Кавендиша графиню Разумовскую, которая бесследно исчезла много лет назад.Происхождение графа Ричарда Ларентиса не менее таинственное, чем мисс Маргарет Кавендиш.Этим двоим предстоит не только бороться за место в высших слоях лондонского света, но и преодолеть множество препятствий, стоящих на пути их любви, среди которых будет предубеждение, черствость, гордость, зависть и даже ненависть.Раскрыть секреты, а может быть, наоборот, еще больше запутать эту историю поможет таинственный медальон со странным черным камнем, в глубинах которого застыла кровавая слеза.
– Мам, а это что? – спросила десятилетняя Рита, заглянув в шкатулку.
Мамина шкатулка всегда ей казалась настоящим сундуком с сокровищами. Чего здесь только не было: жемчужное ожерелье, золотые сережки-висюльки, маленькие сережки-гвоздики с топазами, брошь с камеей, цепочки, старые карманные часы, кажется, дедушкины. Но больше всего Риту привлекал старинный кулон. Он представлял собой овал из чернёного серебра, по краю которого вились витиеватые линии, составляя сложный узор. Посередине верхней крышки кулона был инкрустирован драгоценный камень, почти черный, и лишь в его центре светила темно-алая капелька, похожая на слезу. Кулон этот был с замочком, который никогда не открывался. Рита знала это, потому что неоднократно пробовала. Только вот мама ее об этом не подозревала. Не ведала она, что Рита в ее отсутствие нет-нет да и заглядывала в мамину шкатулку, доставала чудные украшения, примеряла их на себя. И кулон этот рассматривала. Очень уж любопытно было Рите узнать, что там сокрыто внутри.
– Ну, что, мам? – настойчиво повторила вопрос Рита.
– Кулон… старый, как видишь, – вздохнула мама, и Рита уловила в ее голосе грусть.
– А можно открыть? Посмотреть, что там внутри?
– Нет, Маргаритка, он сломался давным-давно. – Мама вынула кулон и дрожащим пальцем протерла необычный камень.
– А раньше открывался? – продолжала любопытствовать Рита.
– Открывался.
– И ты видела, что там? – с замиранием сердца спросила Рита.
– Видела. – Глаза мамы затуманились воспоминаниями, и будто бы даже морщинки, рано появившиеся на ее лице, разгладились.
– Мам, – шепотом позвала ее Рита, – и что там внутри?
– Там целая жизнь… Целая потерянная жизнь.
Мама дернула плечом, тряхнула головой и захлопнула шкатулку.
– Ты уроки сделала? – перевела она тему.
– Сделала, конечно. Можно я пойду к Марине?
Марина была соседской девочкой, с который Рита дружила и ходила в один класс.
– Можно, только я вас прошу, не играйте вы в компьютер. Скоро совсем ослепните от этих своих гаджетов, – проворчала мама.
– Мы чуть-чуть, мам. – Рита поцеловала маму в щеку и убежала.
Когда дочка ушла, Анастасия Разумова, так звали Ритину маму, снова открыла шкатулку и вытащила кулон. Положила на одну ладонь и накрыла второй. Камень тут же нагрелся и своим теплом согрел холодные руки женщины. Вот так же когда-то
А может, откроется кулон, и она снова вернется туда, где была так счастлива? Интересно, как
Анастасия спрятала кулон обратно в шкатулку. От греха подальше. Хоть и знала, что замочек на нем давно сломан и никогда уже не откроется. А если бы открылся? Заглянула бы она внутрь? Нет, это значило бы оставить Риту одну, а Рита – единственное и самое дорогое, что было в ее неудавшейся жизни.
На следующий день, когда мать ушла на работу – она работала медсестрой в больнице, – Рита, наскоро позавтракав, прокралась в комнату матери. До выхода в школу оставалось еще аж двадцать минут.
Рита села за мамин туалетный столик, достала шкатулку, распахнула ее и выхватила кулон. Красная капелька внутри черного камня будто подмигивала Рите, заставляя всматриваться в ее глубину. Девочка положила кулон на ладонь. Серебро казалось ледяным, и чтобы согреть его, она накрыла кулон второй ладонью. Вдруг по рукам ее потекло тепло, да не просто тепло, а обжигающий жар.
Раскрыв ладонь, Рита увидела, что красная капелька увеличилась и уже была и не капелькой вовсе: черный камень стал алым, а внутри его будто набухали вены и бурлила кровь. Рита удивленно смотрела на видоизменившийся камень. Надо же! Какой необычный камень. Рита перевернула кулон и изумленно еще шире распахнула глаза: на обратной стороне в черненом серебре образовались темные прожилки, будто кто разлил чернила, а цветочек посередине, который до этого был едва различим, сиял расплавленным золотом.
Рита прижала указательный палец к этому цветочку. В кулоне что-то затрещало, заскрипело, и он вдруг распахнулся. Рита уставилась на открывшееся нутро кулона. Оно словно ожило, кипело и извергалось жидким сплавом серебра и золото. Линии заворачивались в водоворот, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. Рита попыталась оторвать взгляд от этой странной картины, ведь у нее даже голова закружилась, но сделать этого не смогла. Кулон затягивал Риту внутрь, в центр водоворота. Все глубже и глубже.
