Получив необходимые документы и указания, я отправился в общежитие собирать вещи. Стоит сказать, что в этом городе меня, кроме работы, не держало ничего, а что самое главное – для командировки никто. Однако я крайне не любил менять что–то в привычном укладе жизни.
Единственным светлым пятном во всей ситуации являлось возможное повышение по истечении этих двух месяцев. «В принципе, два месяца не так уж и долго…», – думал я.
Следующим утром на вокзале я пытался найти автобус с пунктом прибытия «Лысые Медведи». Поначалу мне даже было как-то неудобно спрашивать у людей: «А вы не знаете, как в Лысые Медведи проехать?», «Извините, а где Лысые Медведи…». Во-первых, потому, что произносить это название вслух самому было странно, во-вторых, некоторые люди даже не знают о существовании такого места, от этого на меня смотрели бы как на городского сумасшедшего.
Единственным вариантом узнать, как же всё-таки добраться до Лысых Медведей, были местные бомбилы. У обочины под деревьями стояло три «Москвича», вокруг которых, как тюлени, разлеглись таксисты.
– Мне в Лысые Медведи надо, а на автобус я, судя по всему, опоздал, – сказал я.
– Не опоздал… – не поднимая головы, буркнул лежавший на капоте водитель.
– То есть он ещё не приехал?
– То есть он не приедет. Туда никто не ездит. Кому надо, на своих добираются, ну или на такси.
– Хорошо… Сколько возьмёте?
– Да нисколько! Туда-то я тебя отвезу, а обратно порожняком пилить не хочу.
Я пересёкся взглядом со вторым водителем, сидящим в машине, но по тому, как он надвинул кепку на глаза и продолжил дремать, стало понятно: как пассажир я ему тоже неинтересен.
Водителя третьей машины я поначалу не увидел, но затем откуда-то снизу раздалось с акцентом:
– Эй! Парень! Стоять!
Обойдя «Москвич» по кругу, с удивлением заметил, что в районе выхлопной трубы торчала пара ног в лакированных туфлях, которыми можно было пускать солнечных зайчиков.
– Я в Лысые Медведи еду, не уходи никуда.
Бормоча что-то матерное, связанное с эксплуатацией своего транспортного средства, водитель потихоньку стал выкарабкиваться из-под машины. Несмотря на то, что были видны только его ноги, я предположил, что таксист мужчина упитанный, потому что он делал небольшие перерывы. Когда на свет появился весь водитель, мои догадки подтвердились: передо мной на асфальте лежал вспотевший, полноватый армянин. Я помог ему подняться, но чуть не упал сам, ибо он прилагать усилия к подъёму не собирался.
– В Лысые Медведи хочешь?
– Да.
– Поехали!
– Сколько?
– Да заправишь меня просто.
– А вам по пути?
– Да… Женщина меня там одна ждёт.
Таксист попросил слить ему на руки воды, умылся, и мы отправились в путь. Армянина звали Арарат, и он, если угодно, таксист Казанова. Как он объяснил сам: «Люблю таксовать, потому что женщин возить можно, а если разговор завяжется, то и не только разговор!»
– Сколько туда ехать?
– Часа два, а ты Лысые Медведи знаешь, почему так называются?
– Нет.
– Там давно, деревни когда не было ещё, земля хорошая была, поэтому туда и начали люди селиться да дома строить. А там всё есть: и лес, и озеро – картина короче. И жара сильная тогда летом была, трава за секунду загоралась. Тушить успевали, но как-то раз лес загорелся. Белочки, зайчики, видимо, враз погорели, а живность покрупнее просто шерсть подпалила и вышла из лесу. Местные перепугались, что огромные крысы повылезали, потом поняли, что это – медведи. Оно ж раньше как называли деревни – чё случилось, тем и называли. Большие Кучи, Глубокие Ямы, Грязные… Ямы…
– И такие есть?
– Да того рот есть, страна ж огромная!
Мы ехали по просёлочной дороге, и, чтобы пыль, подымаемая колёсами, не попадала в салон, окна пришлось закрыть. В машине стало жарко, от этого меня начало клонить в сон. Сквозь дремоту доносились фрагменты из историй Арарата: «…долбил…», «…драл…», «…трясутся…»…
Проснулся я от удара головой о потолок.
– Дорога хуже становится – подъезжаем, – констатировал водитель. – А ты чего не сказал, что уснул? Я такую историю рассказывал! Второй раз так не расскажу.
– Да я приблизительно понял.
Дорога действительно была плохой, даже для просёлочной. Одна из ям была настолько большой, что по форме и размеру походила на след ноги великана. Мы остановились на окраине посёлка. Как я понял, это была площадь, ведь на ней располагались все самые важные здания. Остановка, и через пару домов сельсовет, куда первым делом мне и надо было зайти.
Попрощавшись с Араратом, я забрал свои вещи из машины и принялся смотреть на Лысых Медведей. Справа от меня виднелась небольшая тропинка, ведущая к холму, за которым начинался лес. Слева – поляна, на которой бык, безуспешно пытаясь оплодотворить корову, заваливался на бок. При всем при этом корова не переставала обедать. Сразу за совокупляющимися располагался водоём. Сам же посёлок, кроме названия, не отличался от других, увиденных мною ранее, ничем особенным: где-то стояли покосившиеся дома и заборы, где-то дворы были более ухоженными.
