После очередного поворота они вылетели в пустынный проулок, и Эликс наконец поймала нужный момент.
Она накинула цепь на опущенную голову очередной стоящей раком мраморной бабы и натянула, упершись ногами в постамент.
Цепь рванулась, сдирая кожу на ладонях.
Ксива хрюкнула и повалилась на спину.
Мраморная композиция скрипнула, пошла трещинами и развалилась на части. Нижняя часть бабы осталась в лапах мужлана, а торс с арбузными грудями рухнул на Ксиву.
— Мать твою, — прошипела Эликс и бросилась к лежащей без сознания Ксиве. Убивать она ее точно не хотела.
Проверила слабый пульс, обшарила карманы, достала ключ от ошейника.
И застыла, увидев на ее запястье ту же замысловатую татуировку, что была у давешнего черного человека.
— Так вы на одного и того же богатея работаете, — прошептала она, разглядывая вписанный в круг узорчатый треугольник с закрытым глазом.
Она уже собиралась связать Ксиве руки и растолкать, чтобы задать парочку вопросов, когда сверху на нее упала чья-то черная тень.
— Какое изобретательное мясо, — глухо сказал возвышающийся над ней шипастый маньяк. — Ближайшее время мне не будет скучно.
— Поделишься? — так же глухо спросил один из трех стоящих за его спиной. В прорезях масок тускло блестели мертвые глаза.
— Конечно. Если что-нибудь останется.
Эликс только беспомощно пискнула, когда они вцепились в ее руки и ноги.
Черный человек опустил бинокль и потер шею. Рана, оставшаяся от стрелы сильно саднила.
Он тронул точку на виске, включая микрофон.
— У нас проблема.
После долгой паузы послышался едва различимый голос:
— Говори.
— Ксива не справилась с заданием. Ключ в руках Мардера, — после паузы черный добавил: — Это глава гильдии маньяков.
— Мать твою, Исмаил! Я знаю кто такой Мардер. Сколько у нас времени?
— Трудно сказать. Зависит от его планов. Никто не знает, что ему может прийти в голову. Он может оттащить ее в ближайший павильон и заняться немедленно. А может захотеть растянуть удовольствие и забрать в свое логово в Медном круге. Тогда у нас есть шанс. Вероятнее, второе. Он недавно одну уже оприходовал. Вряд ли будет кромсать следующую без перерыва. Хотя с ним трое подручных. Они могут повлиять. — Черный человек снова поднес бинокль к глазам. — Поправка, босс. Кажется, они ее собираются потрошить прямо сейчас. И прямо на площади.
Издалека ворота Медного круга казались пылающим гигантским костром. Но это была всего-навсего сверкающая на солнце медь. Ворота состояли из планок, шестеренок и прочих мелких деталей, которые беспрестанно вращались и двигались, из-за чего казалось, что ворота шевелятся.
Эликс свисала с мясницких распорок, на которых обычно висят в холодильниках свиные туши. Распорки были установлены на медленно ползущую роботизированную платформу. Рядом с Эликс висели два обескровленных тела, насаженных за ребра на крюки. Это были те девчонки, над которыми маньяки издевались в павильоне. Обе были выпотрошены, с перерезанными глотками и частично содранной кожей.
Мардер и трое подручных брели сбоку от платформы и время от времени натягивали цепи, чтобы тела не сильно раскачивались. В таких случаях Эликс, замотанная липкой лентой по рукам и ногам, начинала дергаться всем телом, греметь цепями и изводить маньяков разговорами.
— Эй, маньячилы! А вы в курсе, что от пожирания человечины возникают неизлечимые заболевания? Скольких вы уже сожрали? Наверняка гниете заживо.
Маньяки продолжали молча брести рядом, не обращая внимание.
— У вас уже мозги набекрень, — продолжала Эликс. — Шизофрения, олигофрения и прочая гомеопатия. То бишь патология. И целая толпа глистов по кишкам ползает. Скоро сдохнете.
— Какое говорливое мясо, — не выдержал Мардер.
— Я говорил, надо было еще на площади ей кровь спустить, — сказал один из подручных. — И потроха вытащить. Висела бы сейчас спокойно, как эти две.
— Еще не поздно, — добавил второй. — Давайте остановимся и утихомирим.
Эликс затихла, поняв, что переборщила.
— Нет, — мотнул головой Мардер. — просто заткните ей рот.
Двое подручных нехотя залезли на платформу и быстро обмотали липкой лентой всю голову, оставив свободными только глаза.
Ворота приближались. Когда до них оставалась дюжина шагов, в стене открылась неприметная дверь и наружу лениво выбрались двое полисменов.
Эликс, увидев их, замычала и задергалась.
— Опять живую через границу тащишь, — сказал один из полисменов, подходя ближе. — Сколько раз тебе говорить? Даже тушами твоих девок оформлять проблематично. А ты живьем. Рубил бы на части, проводили бы как свинину. Вопросов бы не было.
— А конские штрафы за грязь в парковой зоне ты будешь платить? — встрял один из подручных.
Полисмен только махнул рукой.
— Ладно. Документы на отгрузку, накладные и разрешение на забой, будьте любезны.
Мардер молча протянул несколько бумаг.
Полисмен быстро глянул и повертел их в руках.
— Та-ак. Разрешение дано на забой двух самок вида хомо сапиенс. Тогда почему я вижу на платформе не двух, а трех? У меня в глазах двоится?
