Не знаю, как у кого, но у меня на пенсии время мчится, как птица... страус. Летать не может, но бегает быстро. Делать вроде нечего, сиди себе, смотри телевизор, книжку читай, поспи часок, другой. Бывает, гости допоздна засидятся, о политике или о работе поговорят, вот время и проходит, вернее, пробежит, не заметишь, как ночь уже наступила. Я - почти одинокий старик, жену похоронил в прошлом году, но дочка с сыном заглядывают... раз в неделю, иногда даже чаще. Вот и не знаю, шестьдесят четыре года - это много или мало?
1
Не знаю, как у кого, но у меня на пенсии время мчится, как птица... страус. Летать не может, но бегает быстро. Делать вроде нечего, сиди себе, смотри телевизор, книжку читай, поспи часок, другой. Бывает, гости допоздна засидятся, о политике или о работе поговорят, вот время и проходит, вернее, пробежит, не заметишь, как ночь уже наступила. Я - почти одинокий старик, жену похоронил в прошлом году, но дочка с сыном заглядывают... раз в неделю, иногда даже чаще. Вот и не знаю, шестьдесят четыре года - это много или мало? Для какого-нибудь долгожителя - это не бог весть сколько, а вот для меня немало. Молодость прошла, уже не побегаешь по ступенькам с восьмого этажа на первый, ждешь, когда лифт приедет. Но это все лирика. Если бы коллеги, с оставленной лет пять назад работы, не заходили частенько в гости, возможно, я бы посетовал на избыток времени. Вот и сегодня за кухонным столом сидела парочка молодых оперативников. Адам и Ева. Я просто наслаждался видом этих отнюдь не библейских персонажей. Адаму было лет двадцать пять, не больше. Молодой парень искоса поглядывал на старшую коллегу, громко прихлебывая чай. Я улыбнулся, наблюдая за осуждающим взглядом Евы, которая пила чай беззвучно. Она одновременно хмурилась и, словно извиняясь, чуть приподнимала брови, поглядывая в мою сторону.
- А вы знаете, что в Китае принято пить чай, шумно прихлебывая, чтобы ощутить полный вкус и аромат этого божественного напитка? - задал я вопрос, чтобы остановить Еву, готовую громко высказаться по поводу неприличного поведения Адама.
Девушка даже подавилась, быстро ставя полупустую чашку на стол. В ее взгляде из-под наведенных тушью ресниц угадывалось несогласие с моим высказыванием. Ева была старше Адама лет на пять. Чуть раскосые глаза выдавали в ней восточные черты лица. Неужели я попал пальцем в небо, и предки Евы были китайцами?
- Дмитрий Петрович, мы к вам по делу, - начала Ева, но я ее остановил.
- Ну вот, уже бывшие коллеги не могут зайти к старику просто так.
- Простите...
- Не извиняйтесь, считайте, что я неудачно пошутил. Так что там с вашим делом? Что-то интересное?
- Более чем, - Ева глубоко вздохнула и продолжила. - Убийство в новогоднюю ночь.
Пауза затянулась секунд на тридцать. А девушка знает, как заинтересовать одинокого старика.
- Судя по тому, что Новый год был больше месяца назад, дело не удалось раскрыть по горячим следам, - озвучил я то, что от меня, скорее всего, ждали.
- Вы правы, - голос Адама был ожидаемо груб. - Как говорится, следствие зашло в тупик. Наш начальник, Семен Сергеевич, посоветовал обратиться к вам. У нас в отделе до сих пор слухи ходят о вашей гениальности в распутывании, на первый взгляд, запутанных дел.
- Прогиб засчитан! Так, кажется, отвечают в ваших кругах на откровенную лесть?
- Ну что вы, Дмитрий Петрович! - Ева, остановила напарника мимолетным жестом. - Мы не хотели вас обидеть, наоборот, мы отдаем дань вашим заслугам. Если честно, я не верю, что вы разберетесь в этом деле, но наше руководство хватается за соломинку, так что...
- Браво! Теперь вы пытаетесь взять меня 'на слабо'! Кто вас научил так со мной разговаривать? Сергеич - мужик умный, но прямой, не стал бы вас инструктировать, а вот его зам... Катька расстаралась?
По взглядам молодежи я понял, что угадал. Это, собственно, и подтвердила Ева.
- Екатерина Геннадьевна была права. Вы действительно очень неординарный человек. Недаром вас 'Рентгеном' прозвали. Видите любого насквозь.
- Повторяетесь, сударыня, лесть уже была. Но, ближе к делу. Я вас внимательно слушаю.
Адам набрал полную грудь воздуха, но так ничего и не успел сказать. Ева его опередила.
- Если вкратце, то позвольте я вам сейчас все расскажу. Во дворе на улице Бессонова тридцать три, там девятиэтажка, есть игровая площадка для детей. Ничего особенного: песочница, горка и пара турников. Первого января, в десять часов утра, один из жителей дома на своем автомобиле разворачивался и заехал на эту площадку, задев бампером снежную бабу, вылепленную детьми перед новым годом. Как оказалось, под слоем снега находился труп женщины. Позже выяснилось, что это Ветлицкая Анастасия Викторовна, восьмидесятого года рождения, не замужем, детей нет. Опознал ее тот самый житель дома, который и задел своим автомобилем эту снежную скульптуру. Некий Петров Алексей Олегович, сорока лет. Покойная оказалась соседкой по дому. Опрос свидетелей ничего не дал. Никто ничего не видел. Неудивительно, Новый год все-таки, все внимание в телевизор.
- Ну, тут я бы с вами, девушка, поспорил. В новогоднюю ночь с балкона часто стреляют ракетами, да и во дворе всегда кто-то шампанское с водкой мешает. А что эксперт сказал о времени смерти?
- Не точно, но где-то после полуночи и до утра.
- Вот, видите. Значит, ваше утверждение, что снежную бабу вылепили дети, не совсем соответствует реальности.
