– Кто там? – сонно спросила, кутаясь в халат, Тумина.
– ФСБ, – услышала она мужской голос. – Капитан Завин. Посмотрите в глазок и убедитесь.
– А не будете ли вы любезны позвать дежурную и еще пару человек? Иначе я немедленно вызову милицию.
– Хорошо. Дежурная и пара официанток из бара вас устроят? У двери мой человек, поэтому пытаться исчезнуть не советую, – предупредил Завин.
– Какого хрена вам тут надо? Я сейчас позову парней, – послышался другой голос.
– Вам знакома дама из номера тридцать восемь? – спросил капитан.
– Конечно, – ответил охранник отеля. – Это журналистка Тумина. А в чем дело?
– Подтвердите ей, пожалуйста, что мы сотрудники ФСБ. Капитан Завин и старший лейтенант Зайцев.
Проверив документы, охранник подошел к двери номера.
– Точно они из ФСБ, Ирина Николаевна.
Она открыла дверь. Охранник остался стоять неподалеку.
– Ты чего? – подошли к нему двое дежурных. – Буянит кто?
– Да тут двое у Туминой, – негромко сказал он. – Документы вроде нормальные, а она почему-то боится.
– Сейчас любой документ купить можно, – вздохнул дежурный. – В общем, если что, нажимай тревожную, попробуем задержать.
– У них стволы, а у нас газовые баллончики, – усмехнулся охранник. – Ладно, посмотрим, как оно будет. А то ведь Тумина такого напишет, что потом никуда не сунешься.
В номере у Туминой шел довольно откровенный разговор.
– То есть, возможно, все это правда? – переспросил Завин.
Ирина кивнула.
– После моих публикаций произошло несколько событий, которые заставили меня в это поверить. Я сегодня, в десять вечера, вылетаю в Вашингтон. Попробую разговорить персонал клиники.
– Спасибо вам, некоторые детали стали для нас яснее. Вмешаться в ситуацию мы пока не можем, – признал он, – нет оснований, но допустить к российскому золоту американцев, это, как вы понимаете, чересчур. Буду откровенен и я. Нас более интересует архив Аляски, хранившийся у адвоката Куровича. Были данные о том, что архив сгорел. Но это опровергла совместная экспертиза, наша и финская. Что аварию подстроили, в этом нет никаких сомнений. И вот что еще, Ирина Николаевна… У вас хорошая память?
– Пока не жалуюсь. Поверьте, уж вас-то я не забуду.
– Вот фотография, – Капитан достал снимок, – на ней четверо. Алясин, а это Курович, – показал он на плешивого мужчину. – А вот эти двое нам неизвестны. Интерпол помочь не смог. Вполне возможно, они сделали пластические операции. Мы предполагаем, что у одного из них архив, а в нем важные сведения о предателях, не побоюсь этого слова.
– Понятно, – засмеялась Ирина. – Вы желаете с моей помощью найти хотя бы одного.
Капитан вздохнул.
– Слухи слухами, но из-за этого наследства произошло несколько убийств. Вам, наверное, понадобится помощник…
Ирина не дала ему договорить.
– Вашими услугами я не воспользуюсь. Я все привыкла делать сама. Назовите номер, по которому можно связаться с вами.
– А может, все-таки возьмете секретаря. Женщину.
– Я все делаю сама, – повторила Ирина. – Еще одна попытка привлечь меня в ваши ряды, и я пошлю вас к черту, – спокойно добавила она. – Вы не могли бы назвать людей, верных Алясину и его памяти?
– Пожалуй, самый верный и надежный – Князь, – сказал капитан. – Но он…
– Я знаю, кто он, – улыбнулась Ирина. – А есть такой же человек в Штатах?
– Дубицкий Кузьма Кузьмич. В конце восемьдесят девятого уехал в США. Полковник предчувствовал крах СССР и не желал доживать в условиях анархии, которая возникнет на некоторое время. Его место жительства неизвестно и вообще, что с ним, не знает никто. Последний раз его видели на похоронах Алясина. Говорили, что им интересовались поочередно ЦРУ и ФБР, но конкретно ничего никто сказать не мог. Желаю вам удачи и, как будет возможность, звоните мне.
– У меня есть мужчина, который устраивает меня абсолютно во всем, – засмеялась Ирина.
– Я тоже женат и боготворю свою жену, – улыбнулся капитан. – Извините за столь поздний визит, но мы очень рассчитываем на вашу помощь. От нашей вы, увы, отказались.
– Давайте закажем кофе и успокоим охрану, – предложила Тумина.
