Он медленно опустил руки, и щит рассеялся. Дождь продолжал бить, но теперь я не чувствовала себя одинокой — он был здесь, и это придавало мне сил.
— Домой пора. — его слова были холодными, но одновременно душевными для меня.
Эти слова словно вновь пробудили во мне надежду, и я почувствовала, как слёзы прокатились по щекам, смешиваясь с дождём. Римар, всеми силами, присел рядом со мной, его тепло напоминало о том, что я не одна.
— Как ты мог прийти? — спросила я, осознавая, что он едва ли мог знать, куда меня потянуло судьба.
— Я нашел тебе следы, — ответил он, и я уловила краски вызова на его лице. Я вспомнила о черной магии, которую он использовал, о том, как он защищал меня. — Я знал, что ты не оставишь меня, и хоть я не ожидал увидеть здесь дождь, я пришел.
— Это странно — дождь в пустыне, но я чувствую, как он омывает всё горе, — произнесла я, проверяя, успела ли словесно выразить все страхи, которые переполняли меня. — Я думала, что больше тебя никогда не увижу.
В эти моменты взаимопонимания и нежности я почувствовала, как тьма вокруг нас начинает рассеиваются. Возможно, это был всего лишь мираж, созданный дождем, но в глубине души я знала: пока мы вместе, ничего не может нас разлучить.
— Нужно уйти отсюда, — сказал Римар, поднимаясь и протягивая мне руку. — Мы найдем укрытие, и я буду защищать тебя. Ты не должна страдать.
Я схватила его руку, и он помог мне подняться. Вместе мы начали двигаться вперед, невзирая на дождь и боль, с той самой силой, о которой я говорила, когда впервые пробудила свою магию.
Мне было больно идти, и как только Римар отпустил мою руку , я вновь упала на песок. Он стиснул челюсть , и поднял меня на руки. Я обхватила его за шею, прижавшись к его груди от бзепомощности
Глава 12.
Я проснулась в уютной, знакомой комнате. Теплое одеяло окутывало меня, словно защищая от всего мира. Но как только мои глаза открылись, я сразу почувствовала, что что-то не так.
В памяти не осталось почти ничего — лишь мозаика образов и эмоций: Раунд темной магии, дождь и Римар, которому я не могла позволить исчезнуть из своей жизни.
Старые стены замка казались выбелеными в свете, который пробивался сквозь занавески. Я пыталась понять, как я оказалась здесь, когда в дверь неожиданно ворвался Лионар.
Его лицо выражало беспокойство, и я увидела в его глазах тревогу, когда он подошел ко мне.
— Дарфина, ты наконец-то пришла в себя! — воскликнул он, присаживаясь на край кровати. — Что случилось? Где ты была?
В тот момент, когда он начал задавать вопросы, в моей голове закипели мысли.
Меня охватила волна страха, когда я представила, как бы он отреагировал, узнав о Римаре и о том, что произошло. Я знала, что если расскажу всю правду, могу навлечь беду на того, кто уже спасал меня.
— Я... я просто потерялась, — произнесла я, стараясь говорить как можно спокойнее. Мой голос звучал тихо, словно пересекая невидимую границу между правдой и ложью. — Я вышла на свежий воздух и... заблудилась.
Лионар нахмурился, не совсем веря мне, но выглядел очень обеспокоенным.
— Заблудилась? В пустыне? — его голос был полон напряжения. — Ты должна была сказать! Я волновался, искал тебя повсюду!
Я почувствовала, как в груди сжалось, но я не могла позволить ему узнать всю правду. В конце концов, именно Римар был рядом в тот момент, когда всё обрушилось, когда я была на грани отчаяния. Значит, это всё также следовало оставить тайной.
— Я просто... я просто упала и потеряла сознание, — произнесла я. — Но теперь со мной всё в порядке.
Лионар посмотрел на меня долго, как будто пытался прочитать меня, но затем наконец расслабился, его худощавая фигура уже не выглядела такой напряженной.
— Главное, что ты в безопасности, — произнес он, отгоняя прочь свои беспокойства. — Но если ты снова решишь уйти одна, скажи мне. Я не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось.
Я кивнула, понимая, что такую заботу он выражает не просто так. Он чувствовал за собой ответственность как мой защитник и наставник.
Но в то же время я должна была затянуть радара о том, что между мной и Римаром произошло. Тем более, теперь, когда Лионар и впрямь волновался за меня, забыл о себе, я не могла подвести его, создав новые волнения.
— Спасибо, Лионар, — произнесла я мягко, хотя внутри меня клокотало множество эмоций. — Я обещаю, что больше не буду уходить одна… по крайней мере, без твоего разрешения.
Лионар улыбнулся, но в его взгляде оставалась тень беспокойства, и я чувствовала, что он всё еще не вполне удовлетворен моим ответом. В этот момент я знала, что не могу разговаривать с ним о Римаре — я должна была решить все сама.
Когда он встал, покидая комнату, я осталась одна с задумчивыми мыслями и лицензией на внутреннюю борьбу.
У меня в сердце держалась надежда, что Римар будет в порядке. Я не знала, что теперь делать, но одно было точно — я должна была его найти. Даже если это означало рискованные решения и то, что вся моя жизнь вцепится в опыт, который может разорвать все связи.
