У озерной ведьмы есть тайна — она связала наши души. Мою и его. Соединила их узлами, что прочнее времени, не оставив нам и призрачного шанса на спасение. Это случилось давно, в другое время, в другом месте, в другой жизни. Но я знаю, что он всё равно найдёт меня. Несмотря на все трудности, не смотря на вставших на его пути врагов, не смотря на то, что я совершенно не помню того, кого когда-то любила больше жизни. Мы снова будем вместе. И в этот раз смерть не разлучит нас.
Ледяные капли дождя били по его телу, яростные порывы холодного ветра хлестали, словно кнут, но он не замечал этого. Как и не замечал несколько десятков перепуганных горожан, столпившихся по кругу и с ужасом глядящих на него.
Ему было плевать на всех их.
Только она имела значение.
Приглядевшись внимательно, жители города могли разглядеть под широкой, болезненно сгорбившейся спиной темноволосого мужчины миниатюрное женское тело.
Ей было больно. Мучительно больно настолько, что не было сил на крик. Глубокие рваные раны вспороли нежную кожу, задели жизненно важные органы, изуродовали красивое тело.
Кровь смешалась с дождём.
Холод вытеснял страх.
Ей было очень больно, а он ничем не мог ей помочь.
— Не уходи, — раскат грома перекрыл болезненный шепот того, кто был готов отдать собственную жизнь взамен её.
По посиневшим губам скользнула тень улыбки, мгновенно превратившейся в гримасу боли. Миниатюрное тело задрожало сильнее, но он не рискнул прижимать её к себе, хотя ему очень хотелось. Хотелось сжать её в крепких объятьях, почувствовать тепло её тела, забрать себе её боль.
Он был готов на всё, чтобы поменяться с ней местами.
Но ему не позволили.
— Я люблю тебя, — беззвучно прошептала она и её зелёные глаза заполнились слезами.
Боль душевная вытеснила боль физическую.
Ей не хотелось уходить. Она не хотела умирать. Не хотела оставлять его одного, только не сейчас, не теперь, когда они пережили так много.
— Я люблю тебя, — повторил он самые важные в жизни слова, чувствуя, как внутри что-то рвётся с невыносимой болью, — я всегда буду любить тебя, прошу, не оставляй меня… Не уходи, останься со мной, умоляю, заклинаю…
Она хотела что-то ответить, но новый приступ жгучей боли заставил её лицо скривиться, а тело сжаться.
Он едва ли не завыл от отчаяния. Внутри всё вопило о том, чтобы он начал что-то делать, сделал хоть что-то! Её нужно было спасти, приложить все силы, сделать всё возможное, но…
Его магический резерв был пуст. Все силы ушли на схватку с невидимым врагом, а потом ещё и здание едва не обрушилось… он спас десятки жизней, но его сил не хватало, чтобы спасти ту, без которой он не видел своей собственной жизни. Если бы он только знал, что будет так, он наплевал бы на всех вокруг. Если надо, он убил бы их сам, лишь бы она оставалась с ним.
А теперь жизнь медленно ускользала из неё, как вода сквозь пальцы. Капля за каплей.
Тело становилось холоднее, тепла в нём осталась всего лишь жалкая горсть.
Белая кожа с редким розовым отливом стала болезненно бледной, потемнели вены на руках и губы, которые он был готов целовать до изнеможения.
Она умирала прямо сейчас у него на руках. И он совершенно ничего не мог поделать.
— Я люблю, — повторила она вновь, с трудом подняв непослушную руку и положив её ему на плечо, — люблю тебя, помни… помни это…
Он понял, что это конец. Их последние секунды вместе. Её последние мгновения.
Горячие слёзы обожгли его глаза, с очередной вспышкой молнии пришли ярость и гнев — на себя, из-за того, что не мог помочь своей единственной.
— Не уходи, — взмолился он не ей — самим Небесам. Но боги молчали, как и всегда. Им было плевать на его чувства, на его боль. Они продолжали тянуть её жизнь, — умоляю тебя…
— Ты найдёшь меня, — уверенно прошептала она, — мы обязательно встретимся.
Невероятным усилием воли она смогла оторвать слабую ладонь и коснуться его щеки в последний раз, оставляя на ней леденящий след, что будет ощущаться ещё много лет.
Зелёные глаза встретились с чёрными. Он увидел в них безграничную любовь и… прощание. А она за долю секунды распознала боль, отчаяние, злость, панику, нежелание отпускать и бездну любви.
Любовь — то, что свело их вместе.
Любовь — то, что объединяло их.
Любовь — то, что их погубило.
Очередной оглушительный раскат грома забрал её жизнь. С последним тихим выдохом соскользнула с длинных пальцев золотая капля её жизни, уносясь далеко прочь, оставляя его совершенно одного.
На центральной улице города, на которой в этот момент столпилось около сотни свидетелей чужой смерти, прозвучал громкий, наполненный ломающей кости болью крик. В этом крике было столько отчаяния и горя, что в этот же момент пожилая старушка схватилась за защемившее сердце, мужчине в плаще стало тяжело дышать, одна беременная леди повалилась в обморок без чувств, а молодой парень сорвался на бешеный забег, стремясь скорее оказаться дома и убедиться, что с его любимой женой и новорожденной малышкой всё в порядке.
И никто в целом мире не видел яркого белесого огонька, зависшего на краткий миг над головой прижимающего к себе бездыханное тело мужчины. Огонёк этот дёрнулся, будто хотел коснуться темноволосой головы убитого горем человека, но ему не позволили этого сделать. Какая-то невидимая, но очень могущественная сила потянула маленький шар света прочь, далеко-далеко, через поля, леса, моря и горы. Через города и сёла, через озёра и болота, на другой конец мира.
Чтобы принести к большому дому на холме, со всех сторон окруженному густым лесом.