– Арвен? – говорит Лили.
Женщина оборачивается.
– Ну привет, доктор Брэдли.
У Лили отвисает челюсть. Шок сбивает ее с ног. Она хватается за спинку стула, чтобы не упасть.
– Арвен, – отвечает темноволосая женщина, с широкой улыбкой протягивая Лили руку. – Арвен Харпер.
– Что… что вообще…
– Ты про историю с Пейсли и рыжим париком?
Она смеется, берет напиток и делает глоток. У нее на шее движется татуировка. Браслеты звенят, приковывая внимание Лили. Она замечает шрам на внутренней стороне запястья. И невольно переводит взгляд на другую руку. Еще один шрам. Лили не видела у новой пациентки ни шрамов, ни татуировок. Она вспоминает: «Пейсли» была в кофте с длинными рукавами и с банданой на шее. «Пациентка» прятала отметины от опытного глаза психолога. Скрывала темные волосы под рыжим париком. А еще «Пейсли» не надела на сеанс браслетов, не вдела серьгу в нос. Она пришла в образе совершенно другой женщины, и Лили увидела то, что ей хотела показать Арвен.
Лили становится дурно.
Слова и логика покидают ее, и голова наполняется вопросами. Снаружи землю пронзает очередная вилка молнии. После вспышки слышится гром. Лес ревет и качается на ветру, и на металлическую крышу домика падают шишки. Дождь струится по окнам, скрывая из виду дом Коди в праздничных огнях.
– Налить еще? – спрашивает Арвен и тянется к бокалу Лили. – Вина? Или… гм, определенно нужно что-нибудь покрепче.
Она забирает у Лили бокал, опускает его на стойку бара и берет тумблер. Наливает туда тройную порцию джина.
Ошарашенная Лили откидывает с лица прядь мокрых волос. Она пришла в домик у бассейна, готовая к конфликту с официанткой, любовницей своего мужа, но теперь не понимает, что происходит.
– Что… тебе от меня нужно? Что за чертов спектакль ты разыграла, явившись переодетой на мой сеанс?
Арвен протягивает Лили щедрую порцию джина с тоником.
– Уверена, твои клиенты нередко используют фальшивые имена? Ну хотя бы на первых сеансах, пока не возникнет доверие. Поэтому ведь платят наличными? Эмоциональная безопасность за счет анонимности. Так проще раскрыть секреты.
– Некоторые пациенты используют фальшивые имена или просто имя без фамилии, но не… меняют внешность.
Арвен пожимает плечами.
– Может, это
Сердце Лили начинает колотиться. Она вспоминает, что говорила «Пейсли» на сеансе.
Лили начинает мыслить в нескольких новых направлениях, пытаясь определить потенциальную опасность Арвен и насколько стоит ее бояться. Внезапно ей вспоминается анонимная записка.
Лили начинает осознавать масштабы происходящего. Тихим, почти дрожащим голосом она говорит:
– Значит, ты явилась в роли поддельного пациента, чтобы залезть ко мне в голову.
Это не вопрос. Лили озвучивает факты, чтобы выиграть время для разработки плана.
– Я залезла к вам в голову, доктор Брэдли?
– А еще ты спишь с моим мужем – я видела фотографии.
На мгновение Арвен кажется удивленной, но она быстро берет себя в руки и улыбается. Лили предполагает, что Арвен не знала о фотографиях Саймона.
– А твой сын встречается с моей дочерью, – медленно продолжает Лили. – Это тоже устроила ты? Решила испортить мне материнство? Ты устроилась на работу в таверну, подружилась с моим мужем, потом переехала на мою улицу…
– Твою улицу? – Арвен резко смеется. – Район тоже принадлежит тебе?
– Что за чертова игра, Пейсли? – огрызается Лили. – Говори, чего ты хочешь.
– Арвен, – в глазах ее собеседницы появляется ярость. – Меня зовут Арвен. Запомни, Лили. Я хочу, чтобы ты посмотрела мне в глаза и увидела меня. И да, я хочу – мне нужно – оказаться в твоей голове, где ты должна была хранить меня все это время. А теперь давай, скажи мое имя.
Лили моргает, внизу живота начинает разворачиваться чернильное щупальце осознания.
– Скажи! – требует Арвен.
Лили бросает взгляд на дверь. Они далеко от главного дома. Отрезаны штормом. Ее охватывает страх.
– Скажи!
– Арвен, – осторожно говорит Лили.
Арвен холодно улыбается.
– Так-то лучше. Как тебе напиток?
Лили смотрит ей в глаза, лихорадочно соображая.
– Как. Тебе. Напиток? Попробуй. Скажи мне.
Лили делает осторожный глоток.
– Крепкий.
– Выпей еще.
– Я бы…
