– Наверное, он тогда не носил мокасин? Может быть, вообще ничего не носил, а? – спросил Макафи.
Мальчики промолчали и направились к выходу мимо витрины, в которой были положены цепочки для ключей и маленькие пластмассовые человечки. «Апельсиновая Роща, колыбель человечества» стояло на всех приготовленных для продажи сувенирах.
– Ну, вот и посмотрели, – сказал Макафи, выключая свет и запирая дверь. – Джон Цыган посторожит тут сегодня ночью, чтобы никто сюда не забрался и ничего не испортил.
– Джон Цыган? – удивился Юпитер.
Макафи кивком головы показал на уже знакомого им худощавого человека, который сидел в фургоне на кровати.
– Это он. Мы зовем его Джон Цыган, потому что он живет в фургоне вместо того, чтобы завести себе нормальный дом.
Макафи зашагал к себе, и Джон Цыган вылез из фургона.
– О’кей. Раз он хочет, чтобы я присматривал, буду присматривать. Но вряд ли мертвецу это по нраву. Мне бы точно не понравилось, если бы приходили и смотрели на мои кости.
– Он не узнает, – успокоил его Пит. – Он ведь мертвый, правильно? Мертвые не знают, когда на них смотрят.
– Ты уверен? – спросил Джон Цыган.
Вечером мальчики съели по гамбургеру в кафе «Ленивая Дейз» и мороженое, которое купили в фургончике возле станции. Потом они вернулись на чердак и долго лежали, глядя в окно, как садится солнце и на небо поднимается луна. Похолодало. Сквозь повисшие над лугом клочья тумана поблескивали звезды. В конце концов, они задремали в своих спальных мешках.
Посреди ночи Юпитер проснулся от скрипа открывающейся двери. Кто– то вошел в сарай, поскуливая, как испуганное животное.
Юпитер прислушался.
Скулеж на миг прекратился, потом послышался снова.
Пит пошевелился и тоже сел.
– Что это? – шепотом спросил он.
Юпитер подполз к люку и свесился вниз, вглядываясь в темноту.
– Мальчики! – прохрипел кто– то. – Вы здесь?
Едва Джон Цыган произнес едва эти слова, как упал, зацепившись за что– то в темноте.
Боб вскрикнул от страха, а Пит принялся ощупью искать фонарь, который накануне положил слева от своего спального мешка. Найдя его, он тихо приблизился к люку и направил луч света вниз.
Джон Цыган, наткнувшийся на картонную коробку с пустыми консервными банками, вскочил, щурясь на свету, и закричал испуганным голосом:
– Это вы? Почему вы не отвечаете?
– Это мы, – сказал Юпитер.
Он, Боб и Пит спустились по лестнице, а Джон Цыган, трясясь от страха, чуть не улегся на пикап Ньюта.
– В чем дело спросил его Юпитер.
– Там… Там мертвец! – прошептал Джон. – Я говорил, что ему не понравится! Я говорил! Разве я не говорил?
– О чем это вы? – спросил Пит. – Что случилось?
– Он встал и ушел, вот что случилось, – заявил Джон. – Старый Ньют придет завтра, а костей там нет! Он скажет, что я их взял, а я не брал! Он сам ушел! Я видел!
В открытую дверь сарая мальчики посмотрели на маленький музей, освещенный луной. Его двери казались плотно закрытыми.
– Вам, наверное, приснилось, – мягко произнес Боб.
– Нет. – Джон покачал головой. – Я был в своем фургоне, когда услышал скрип двери. Выглянул, а там пещерный человек, весь покрытый мехом, как будто завернулся в чью– то шкуру. Я увидел его глаза. Лучше бы мне их не видеть. Он смотрел прямо перед собой, и в них как будто горел огонь. Еще у него были длинные, и спутанные волосы. Он прошел мимо меня, а потом побежал через луг.
Джон Цыган закрыл глаза, словно хотел вычеркнуть из памяти ужасное видение.
– Мы пойдем и посмотрим, – решил Юпитер.
Они шли, едва не прижимаясь, друг к другу, почти поверив, что пещерный человек мог ожить, обрасти мясом, завернуться в звериную шкуру и убежать в поля.
Музейная дверь оказалась закрытой. Стоило Юпитеру прикоснуться к замку, как на крыльце своего дома возник Макафи.
– Что вы там делаете? – крикнул он. – Что вам надо?
– Мы смотрим, – ответил Юпитер. – Здесь не все в порядке… Ваш… ваш сторож видел, как кто– то ушел отсюда через луг.
На крыльце появилась Таллия Макафи, а Ньют, сбежав по ступенькам, бросился к ним.
– Что случилось? – спросил он Джона. – Может, это сумасшедший Брэндон шастает вокруг?
– Нет, пещерный человек, – ответил Джон. – Он ушел.
– Что? – недоверчиво уставился на него Макафи. Потом он громко крикнул: – Таллия! Тащи мои ключи.
Таллия Макафи прибежала с ключами, Ньют открыл дверь и включил свет. Не глядя, он прошел мимо витрин, макетов и фотографий. Его интересовало только его сокровище.
Мальчики тоже не сводили глаз с пещеры. Череп с пустыми глазницами, ухмыляющаяся челюсть, ребра, зовущая рука.
Макафи повернулся к Джону Цыгану.
– Ты свихнулся! Кости на месте. Что с тобой?
– Он ушел! – стоял на своем Джон. – Я сам видел. Он завернулся в шкуру навроде мексиканского пледа. Больше на нем ничего не было. Он был косматый! И живой!
– Заткнись! – заорал Макафи. – Хочешь, чтобы сюда сбежал весь город?
Он выключил свет и зашагал прочь из музея. Остальные последовали за ним.
– Встал, значит, и пошел прогуляться?
Он хмыкнул, запирая дверь, и пошел к себе. Возле крыльца стояла Элеонор.
– Иди к себе! – скомандовал Макафи. – Ничего не случилось. Джону померещилось.
Он обернулся.
