Он резко нажал на газ, но в этот момент снова прозвучал выстрел. Заскрипели шины, машину резко повело юзом, затем она, продолжив некоторое движение, накренилась, и мы сорвались в кювет. Несколько резких толчков, при которых я пару раз ударилась головой о дверь, потом скрежет, снова толчок, и мы резко остановились. Слава богу, машина не перевернулась, а лишь съехала с крутой насыпи в кювет, где впечаталась в какие-то кусты, наклонившись набок.
Я встряхнула своей ушибленной головой и тут же осмотрелась вокруг, оценивая ситуацию. Машина въехала в какие-то заросли, в которых и застряла, при этом сильно накренившись вправо. Я держалась рукой за переднее сиденье, чтобы не завалиться на Ольгу, которая в какой-то немыслимой позе полусидя-полулежа находилась на своей стороне. Я сразу отметила, что девушка была жива и относительно невредима. Она стонала, потирала одной рукой свою голову и при этом сильно морщилась.
Другим нашим пассажирам повезло меньше. Водитель Юра в неестественной позе был сильно завален в сторону пассажирского сиденья, его окровавленная голова лежала у ног Шуры, а руки были раскинуты в стороны. Одного взгляда мне было достаточно, чтобы определить, что парень мертв, а характерная рана на затылке говорила о том, что последняя пуля попала прямо ему в голову.
Надо отметить, что подушки безопасности не сработали, видимо, сила удара и скорость были не настолько сильны, чтобы запустить их активацию.
Я осмотрела Шуру – та сидела без чувств, прижатая телом Юрия, ее голова повисла на шее, скорее всего, она нехило ударилась о стекло двери. Я протянула руку к ее шее и нащупала пульс. Живая, слава богу.
Весь осмотр нашей, так скажем, катастрофы занял у меня несколько секунд. Пистолет все так же находился в моей руке, а ружье деда Бориса завалилось где-то между сиденьями.
– Ольга, ты как? – обратилась я к ней.
Та лишь скривила лицо в болезненной гримасе, а потом одними губами прошептала:
– Главное, живая…
– Вот и отлично. Дальше делай все так, как я скажу. Дверь с твоей стороны не откроется, поэтому оставайся в салоне. А я попробую решить нашу проблему как можно быстрее. Пригнись сильнее, чтобы тебя вообще не было видно.
– Женя, машина не загорится? – испуганно спросила она.
– В нашем случае нет.
– Может, нам надо вылезти отсюда как можно скорее?
– Боюсь, на улице сейчас будет еще жарче, – ответила я и оказалась права. – Пригнись!
– Мамочка родная, когда же это закончится…
На обочине чуть впереди нас остановилась машина наших преследователей. Одновременно с этим я открыла дверь со своей стороны и выпрыгнула из салона, тут же перекатилась по траве и оказалась позади нашего авто, прикрываемая открытой дверью. Слева от меня притормозила еще одна машина – видимо, проезжавшие мимо люди решили остановиться около аварии и узнать, не нужна ли помощь. Из «Тойоты Камри» выскочил молодой мужчина, но я тут же крикнула ему:
– Вызывайте полицию и «Скорую»! Быстрее! И уезжайте отсюда немедленно! – И в довершение своих слов показала пистолет в своей руке.
Мужик тут же юркнул в салон своего авто и с визгом надавил на газ. Остается надеяться, что в полицию он позвонит сейчас же.
Из джипа наших врагов тут же выскочил Толик и стремительно бросился в сторону кустов. А Ахмет занял позицию около машины за передним бампером. Прогремел выстрел со стороны зарослей. Лишь бы они не попали в бак, поэтому мне нужно как можно быстрее ликвидировать этих стрелков.
Я подалась в сторону и тут же распласталась в небольшом углублении на траве. Моих перемещений никто не заметил. Далее Толик совершил непростительную тактическую ошибку. Не знаю, чем он руководствовался в этот момент и о чем думал, скорее всего, ярость и безрассудство затмили его сознание, потому что он показался из-за кустов и решительно пошел к нашей машине. Возможно, он предположил, что мы все находимся там, как в западне, и решил этим воспользоваться. Если бы он был один, я бы его сию секунду ликвидировала, но у него есть напарник, страховавший его у дороги. Убивать Толика не входило в мои планы, хотя, если другого выхода не будет, то я это сделаю.
Я чуть приподнялась на локте, секунду прицелилась и выстрелила. Пуля угодила Толику прямо в правое плечо. Он вскрикнул и от болевого шока разжал пальцы, из которых выпал пистолет. После своего выстрела я сразу перевернулась и ушла с того места, где находилась секунду назад. В траву попали две пули, я же сделала кувырок и спряталась в кусты. Тут же сквозь ветки присмотрелась и выстрелила в сторону Ахмета. И опять ушла в сторону. Ответом мне тоже был выстрел. За кустами находился какой-то водоем, похожий на небольшой заросший пруд, в который я чуть не угодила. Удержавшись левой рукой за ветку куста, правой снова нажала на курок. Этот выстрел был в никуда, скорее просто для устрашения.
