Барон Жорж де Геккерн».
(Комкает письмо, бросает в корзину.)
Постепенно темнеет.
(У двери, разрывает конверт, читает.) «26 января, Петербург. Прошу господина Пушкина оказать мне честь сообщением, может ли он меня принять. Или, если не может сейчас, то в котором часу это будет возможно.
Виконт д’Аршиак, состоящий при французском посольстве».
(Бросает письмо на стол, зажигает свечи, затем продолжает за столом работать.)
Уже совсем стемнело, поднялась метель.
(Разрывает конверт, читает.) «…Нижеподписавшийся извещает господина Пушкина, что он будет ожидать лицо, уполномоченное на переговоры о деле, которое должно быть закончено завтра. В ожидании он просит господина Пушкина принять уверение в своем совершенном уважении.
Виконт д’Аршиак».
(Подходит к окну, после паузы.) Забыв и рощу и свободу, Невольный чижик надо мной Зерно клюет и брызжет воду, И песнью тешится живой… (После молчания.) Я — жертва клеветы и мстительных невежд… невольник чести беспощадной… Ужель все это важно?! Смешно же, чтобы сей вздор меня пересилил. Мне жизнь не надоела, я жить хочу…
Постепенно гаснет свет.
Там же. Утро. П у ш к и н, не раздеваясь, прилег на диване.
Звонок в дверь.
П у ш к и н (просыпаясь). Я видел смерть… Она в молчанье села… У мирного порогу моего…
Н и к и т а (входит). А вы совсем не почивали!.. Разве так можно? Себя бы вам поберечь!.. Письмо вот принесли.
П у ш к и н. Давай его… а сам иди.
Никита уходит.
(Разрывает конверт, читает.) «9 часов утра, 27 января 1837, Петербург… Я настаиваю и сегодня утром на просьбе, с которой имел честь обратиться к вам вчера вечером. Необходимо, чтобы я переговорил с секундантом, выбранным вами, и притом в кратчайший срок. До полудня я останусь у себя на квартире; надеюсь ранее этого часа принять лицо, которое вам угодно будет прислать ко мне. Примите, милостивый государь, уверение в моем глубочайшем уважении.
Виконт д’Аршиак».
(Бросает письмо на стол.)
Просцениум. В утренней мгле высвечивается прожектором лицо д’Аршиака, он читает ответ Пушкина.
Д’А р ш и а к. «Между 9 ч. 30 м. и 10 ч. утра 27 января 1837 г. Петербург. Виконт, я не имею ни малейшего желания посвящать петербургских зевак в мои семейные дела; поэтому я не согласен ни на какие переговоры между секундантами. Я привезу моего лишь на место встречи. Так как вызывает меня и является оскорбленным г-н Геккерн, то он может, если ему угодно, выбрать мне секунданта; я заранее его принимаю, будь то хотя бы его ливрейный лакей. Что же касается часа и места, то я всецело к его услугам. По нашим, по русским, обычаям этого достаточно. Прошу вас поверить, виконт, что это мое последнее слово и что более мне нечего прибавить относительно этого дела; и что я тронусь из дому лишь для того, чтобы ехать на место.
Благоволите принять уверение в моем совершенном уважении.
А. Пушкин».
Кабинет поэта. П у ш к и н надевает белую рубашку. Доносится голос Александрины, она поет романс А. Есаулова на слова Пушкина «Прощанье»: «В последний раз твой образ милый Дерзаю мысленно ласкать…»
П у ш к и н (берет со стола небольшой портрет Натали, долго всматривается). Я готов умереть за тебя… Но не оставить тебя блестящей вдовой, вольной на другой день выбрать себе нового мужа… Эта мысль для меня ад! (Ставит портрет на прежнее место, звонит.)
В дверях Н и к и т а.
Дай мне одеться и бекешь принеси.
Н и к и т а. Слушаюсь. (Уходит.)
П у ш к и н (снова берет портрет Натали, всматривается в ее черты). Прощай, жизнь моя, люблю тебя!.. Прощай, и если навсегда, то навсегда прощай… (Ставит портрет.)
Входит Н и к и т а, помогает Пушкину одеться.
Н и к и т а. Куда как нужно выходить из дому… сидели бы в тепле.
П у ш к и н. Надо, Никитушка… Надо…
Они идут к двери, впереди Пушкин. Некоторое время кабинет пустой.
Неожиданно П у ш к и н возвращается, за ним Н и к и т а.
Дай мне шубу.
Н и к и т а. Слушаюсь. (Уходит.)
