В этот момент в каюту постучали. Заглянул прыщавый и обратился к Петру:
– Вас приглашают в читальный салон, – тяжело дыша, шепотом сообщил он. – Там, похоже, еще один труп.
На шлюпочную палубу Петр летел через три ступеньки. Матрос у дверей салона пропустил его, видимо, был предупрежден.
На бильярдном столе, наполовину залитом кровью, среди шаров и игральных карт ничком лежал, распластавшись, конферансье. Голова была неестественно вывернута, в глазах застыл ужас. В разинутый рот был втиснут кий, острие которого выходило сантиметров на тридцать из затылка. Петру почему-то бросилось в глаза, что карты в основном были бубновой и червовой масти – цвета крови.
Капитан стоял у одного из иллюминаторов, упершись лбом в стекло. Петр подошел к нему, положил руку на плечо.
– Когда вы узнали о случившемся?
Вздрогнув от прикосновения, капитан не сразу сообразил, что от него требуется.
– Вскоре после того, как вы ушли, прибежал боцман и сообщил, – хрипло произнес капитан, потом вдруг раскинул руки в стороны: – Пробить череп кием – это невиданное варварство. Не припомню ничего подобного.
– Возьмите себя в руки, – посоветовал Петр. – Вы уже приказали, чтобы всех строго по каютам… Я сейчас схожу за патологоанатомом, пусть нас пропустят. Ничего, Вацлав Борисыч, мы найдем убийцу. У меня появились кое-какие идеи.
– Похоже, дело перестает быть сугубо медицинским, – вяло заметил капитан, словно не слыша Петра. – Появляются жертвы среди обслуживающего персонала.
– Это и настораживает.
Жору пришлось будить. Пока он медленно приходил в себя, пока искал очки, поправлял шевелюру, Петр размышлял о том, что никогда еще, наверное, Рябухин не чувствовал себя таким востребованным, как в это утро на «Бекетове» после встречи выпускников. Только денег, скорее всего, за эту работу он так и не получит.
Не сразу патологоанатом понял, что случилось. Узнав новость, заметно помрачнел, шатаясь дошел до умывальника, сполоснул лицо, кое-как причесал волосы и двинулся вслед за Петром.
Увидев труп Манекена на бильярдном столе, присвистнул:
– Прямо как в фильмах Стивена Кинга!
– Даже круче, – отреагировал капитан.
– Перчатки у вас найдутся?
Когда они спустя полчаса стояли на палубе, Петр дымил, а Жора морщился от дыма, последний был на редкость многословен:
– Смерть наступила совсем недавно, судя по температуре. Причина – проникающая черепно-мозговая травма с разрушением структур продолговатого мозга. Думаю, жертва в состоянии алкогольного опьянения спала на столе, а ей в рот просто воткнули кий с огромной силой в соответствующем направлении. Я видел несколько аналогичных смертельных травм тореадоров в учебниках, когда бык поддевал беднягу за большое затылочное отверстие, а окровавленный рог выползал изо рта. Зрелище жуткое, скажу я тебе.
– Да уж… Выходит, бильярд чем-то сродни корриде?
– Он – та же коррида, в принципе…
Петр взглянул на однокурсника и подумал, если в такой ситуации они еще не разучились шутить, то не все так плохо, есть надежда, что дело будет раскрыто.
– После удара жертву перевернули, – уточнил он, наблюдая, как теплоход приближается к пристани Краснореченска, – насколько я понял?
– Ты, как всегда, правильно понял. Жертву переворачивали не раз, по-моему. Конферансье даже не вскрикнул, даже не проснулся, хотя за последнее ручаться не могу. И вообще, заключение предварительное, сам понимаешь. Как и все предыдущие.
– Спасибо, можешь возвращаться в каюту… – Петр выбросил окурок за борт и вдруг положил руку на плечо однокурсника, как бы задерживая его. – Ты больше ничего не хочешь мне рассказать? Ну, обменялись ударами в паховую область, так ведь за дело…
Жора задержался, взглянул Петру в глаза.
– Последнее убийство – спонтанное, ситуационное. Этот конферансье выкинул какой-то фортель, а промедление было смерти подобно. Я уверен, что на кие остались отпечатки убийцы. Если б он мог, он забрал бы кий с собой. Но – идти с окровавленным кием по палубе… Он никак не планировал его убивать.
– Это я и без тебя знаю. Ты считаешь, убийца тот же? Или кто другой?
– Способ убийства радикально отличается от всех предыдущих, к тому же дело произошло в бильярдной. – Жора начал загибать пальцы на руке. – С кем он обычно играл? Тот, скорее всего, и…
Петр ткнул указательным пальцем патологоанатому в грудь.
– Ты имеешь в виду Михася?
Жора выдержал прямой взгляд Петра, что случалось с ним в последнее время крайне редко, обычно глаза он отводил в сторону.
– Заметь, это не я тебе сказал, ты сам догадался. Хочу тебя предупредить: Михась вооружен, у него пистолет конферансье.
– Я все понял. Ступай в каюту, – Петр похлопал однокурсника по плечу. – Кстати, ты нож свой так и не нашел?
– Нет, конечно! – выдохнул Рябухин, удаляясь по палубе. – Где я его найду?
У капитана сидел тот самый матрос, который совсем недавно сторожил каюту Сержа. Был он немного взволнован и, как показалось Петру, даже напуган.
Кивнув на него, капитан просветил вошедшего:
– Вот, утверждает, что один из ваших однокурсников ночью прятал что-то в пожарном кране на шлюпочной палубе.
