Надо будет в ближайшие дни проверить систему блогеров, созданную Роджером, назначил себе задачу Полковник. От их активности будет зависеть окончательный успех.
Полковник и Роджер обедали в китайском ресторане. В последнее время они часто обедали в ресторанах или барах — неожиданно рабочая нагрузка резко спала, пресс необходимости срочно сделать что-то или организовать контрмероприятие растворился в прошлом. Жизнь стала спокойной и равномерной, без авралов, возникло свободное время. Саманта иногда обедала с ними, ее участие придавало легкость общения за столом, особое настроение. Естественно, что каждый раз она и Роджер устраивали за столом словесные дуэли, что доставляло Полковнику огромное удовольствие их слушать. Каждый из них признавал его право рефери и особо следил за его реакцией, ожидая похвалы или скрытого поощрения. Каждый из них считал себя победителем, если Полковник улыбался после очередного высказывания или прекращал дебаты, что было равносильно нокауту или нокдауну в боксе.
Когда Роджер сообщил Саманте, что они идут в китайский ресторан, она с удовольствием согласилась поддержать компанию, но минут через двадцать сообщила, что не может выйти из офиса из-за срочной работы. Полковник первое время предполагал, что должностные функции Саманты незначительные, но очень быстро понял, что она, по сути, контролирует исполнение всех заданий, которые ставит сотрудникам Роджер. Учитывая, что Роджеру задания ставит Полковник, он понял, что Саманта негласно является контролером исполнения его поручений. Но за все время совместной работы она ни разу не переспросила и не попросила уточнения у Полковника. Все, что ей нужно было уточнить, она спрашивала у Роджера. Соблюдение Самантой субординации удивляло Полковника, и он очень это ценил.
Когда официантка ушла с заказом, Роджер пожалел, что не заказал стеклянной лапши.
— Еще успеешь, — утешил его Полковник. — Думаю, что к лапше еще что-нибудь добавится.
— Я не виноват, что здесь вкусно готовят. Потом, китайская еда тем и славится, что, только поев, начинаешь вновь чувствовать голод.
— Согласен, китайская еда не создает ощущения тяжести в желудке, — согласился Полковник, что очень обрадовало Роджера.
Официантка принесла пиво, а Роджер попросил включить в заказ еще порцию стеклянной лапши. Роджер одним глотком выпил полкружки пива, облегченно вздохнул:
— Очень хотелось выпить. Кстати, ты заметил, что у них новый повар?
Полковник удивленно повел плечами и растерянно посмотрел на Роджера.
— Точно, новый повар. Прошлый раз я почувствовал разницу и спросил официанта. Он подтвердил.
Полковник поднял кружку пива:
— За тебя, гурмана. При необходимости буду ссылаться на твое мнение. Мне до таких тонкостей очень далеко.
Эти слова польстили Роджеру, он был чуть-чуть смущен. Официантка с большим подносом гибко маневрировала между столиками, направляясь к ним. Роджер, довольный всем, расслабился и, предвкушая радость от еды, расплылся в улыбке.
— Еще пива? — спросил он Полковника. — Не возражаешь?
Полковник показал на почти пустой бокал, что могло означать только согласие.
Ели почти молча, иногда перебрасывались мнениями о баскетболе, любителями которого они оба оказались. Лишь однажды, когда обед близился к завершению и пиво пилось медленно и с чувством, Роджер затронул серьезную тему, спросив:
— Можешь не отвечать, если нарушаю какие-то правила. Хочу спросить, как ты оцениваешь реализацию проекта?
Полковник ничего не ответил, отвлеченно оглядел помещение, где они сидели, сделал несколько маленьких глотков пива, потом строго сказал:
— Если подходить с позиций классического ресторана, то этот никак не назовешь рестораном. Если же подходить с позиций получения удовольствия от еды, я бы отнес его к самым изысканным заведениям.
Продолжать Полковник не стал. Роджер почувствовал, что его вопрос в лучшем случае оказался не к месту. В худшем случае он допустил ошибку, последствия которой он узнает после.
Они в тишине допили пиво, вышли на улицу. Пройдя несколько шагов, неожиданно Полковник объяснил:
— Не люблю говорить на серьезные темы в незнакомых помещениях.
Эти слова, словно живительная влага, оживили Роджера, настроение поднялось, скрытое раздражение мгновенно исчезло.
— Как оценить реализацию проекта? — Полковник вернулся к вопросу Роджера. — Думаю, положительно. Надо отметить, что в процессе реализации проекта его значение сильно изменилось. Первоначально проект создавался как самостоятельное мероприятие для решения ряда вопросов: перевести президента Обаму в разряд ястребов, сделать Путина изгоем международной политики и снизить его высокий рейтинг в западных странах, вызвать экономический кризис в России, вбить клин во взаимоотношения Европы и России, окончательно привязать Европу к нам, Америке.
Полковник остановился у перехода. Роджер стоял рядом, стараясь быть настолько близко, чтобы не упустить ни одного слова, сказанного Полковником. Как только перешли улицу, Полковник продолжил:
