– Мама Вера, Катя! Ну, что же вы, Сара уже в скайпе, давайте быстрее! – Семка вбежал на кухню в крайнем возбуждении. – Она же волнуется, а ей нельзя!
С экрана монитора обеспокоенно смотрела Сара. Увидев, как в поле зрения камеры появляются поочередно все члены их большой семьи, она улыбнулась.
– Сарочка, добрый вечер! Как ты себя чувствуешь?
– Все хорошо. Доктор Герасимов сказал, что к выходным буду дома! Он сам меня привезет, потому что едет к дочери.
– Замечательно! Мы ждем тебя.
– Да-да, – сунулся Семка. – Особенно некоторые. Он кивнул на Тимофея Лыкова.
– Что у вас нового? Где Катя?
– Привет, Сарочка! Я, как и все, жду твоего возвращения.
– Сарочка, ты помнишь, какую фамилию носила твоя прабабушка Лилия Марковна до замужества? Она тебе говорила?
– Да, конечно. Ее звали Лилия Бас. Почему вы спрашиваете?
– Сейчас мы не сможем рассказать тебе все подробности, но, когда ты приедешь, обещаю, тебя ждет очень интересная и запутанная история! – Вера Михайловна улыбнулась девочке. – Сейчас давай прощаться, а то твой доктор запретит нам даже эти десятиминутные разговоры!
– Мама Вера! В нашей спальне, в моей тумбочке, лежит картонная коробка с фотографиями. Там есть и прабабушкины, где она совсем молодая! Посмотрите. До свидания!
– Спасибо, Сарочка! Выздоравливай! – Вера Михайловна дождалась, когда Сара отключится сама. – Как же я по ней соскучилась!
Она оглянулась. В комнате мальчишек собрались все, кроме Тимура и Фаи. Сердце опять сжало от дурных предчувствий.
– Сема, принеси, пожалуйста, коробку из спальни девочек.
Семка, припрыгивая, побежал выполнять поручение.
– Смотрите! – он высыпал из коробки на стол фотографии.
– Вот, нашла. Лиля Бас. Москва, тысяча девятьсот сорок шестой год, – прочла Катя, взяв старый снимок в руки. – А вот еще одна фотография: она же с подружкой. И вот надпись – «Я и Зоська»! То есть – Зося Хмелевская? Родная сестра моего деда? Получается, прабабушка Сары хранила у себя ценности, украденные моим дедом? – Катя потрясенно смотрела на Веру Михайловну.
– Невероятно! – Лыков развел руками. – Вера, нужно звонить Борину. Слишком много новой информации, которая может ему помочь.
– В чем помочь, Константин Юрьевич? – Катя не смогла скрыть раздражения. – В поисках Алекса? Что ж вы никак не оставите его в покое?! Не преступник он, не было преступления! Я тут, здорова, жду ребенка! Он заботился обо мне так, как не заботился никогда мой муж! И, знаете… если даже вы его арестуете, если ему дадут срок, я буду его ждать!
– Я не понимаю тебя, Катя, – Константин Юрьевич потер виски. – Вера, я, наверное, поеду к себе. Вам нужно переварить в спокойной обстановке всю полученную информацию. Позвоню завтра утром. Тимофей, – он повернулся к внуку. – Мы уходим!
– Хорошо, Костя. Пойдем, я вас провожу.
Вера Михайловна отсутствовала не более пяти минут. Вернувшись на кухню, она застала Катю. Та сидела на стуле, обхватив голову руками.
– Катюша, что с тобой? – испугалась Вера Михайловна. – «Скорую»? Тебе плохо?
– Нет, не нужно. Я вспомнила, что мне еще сказал отец, – Катя махнула рукой. – Он сказал, что мама Зося в больнице, то есть уже не в больнице, в имении. Все в порядке. И у нее есть внук. Он сейчас в России. Он здесь… по работе. Его имя – Алекс. Александр Злотый. Мама Вера, это мой Алекс, я чувствую. А я – та самая работа, из-за которой он был здесь! И, если Зося Адамовна мне бабушка, то Алекс мне кто? Брат?
– Катя… с чего ты взяла, что твой Алекс…
– Он звонил бабушке, я слышала! Он думал, я сплю… слишком много совпадений… это он – точно! Так вот почему он для меня такой… родной, – расплакалась Катя.
Алекс решил, что его план должен сработать на сто процентов. Самое главное, чтобы Врублевская видела, как его сажают в полицейский автомобиль. Значит, нужно успеть доехать до аэропорта до того, как она пройдет регистрацию. Ночью трасса движением не перегружена, за сорок минут доберется. Он посмотрел на спидометр – сто тридцать. «Так… немного нарушил… обойдемся штрафом», – подумал, сбрасывая скорость. То, что за поворотом пост ДПС, он знал.
Он слишком внимательно всматривался в его лицо, этот инспектор. Алекс спокойно открыл багажник, показал аптечку и огнетушитель. На вопрос «куда торопимся?» извинился, что, мол, в аэропорт. Подписал протокол, взял квитанцию на штраф, даже не попытавшись на месте урегулировать вопрос. И с удивлением отметил, что по лицу патрульного не скользнула даже тень разочарования. Его отпустили, пожелав счастливой дороги.
«Я не в России», – ошеломленно подумал он и тут же вспомнил другого инспектора.
…На место аварии родителей их с дедом привез сосед. «Сиди пока в машине», – приказал он ему. Алекс не послушался…
