Другой важной задачей было повысить явку избирателей в городах, где, в отличие от села, сосредоточен ельцинский электорат. Президент назначил выборы на будничный день, сделав его нерабочим (полагая, что на один день горожане не поедут на дачи). По словам с. Филатова, руководителя "Общероссийского движения общественной поддержки президента" (200 сотрудников которого занимали 10-й этаж того же "Президент-отеля"), "напряженная борьба по мобилизации электората велась до самого последнего часа голосования. Были задействованы все имеющиеся в распоряжении "партии власти" рычаги…каждые два часа главы администраций обращались к населению по радио и телевидению с призывом прийти и проголосовать. А на вокзалах крупных городов пикетчики указывали… дорогу к ближайшему избирательному участку" ("Общая газета", 4-10.7.96).
Руководитель социологического анализа в НТВ В.М. Вильчек рассказал, что "зрителем наверняка можно манипулировать… всего лишь программированием передач". "Первыми на избирательные участки обычно идут пенсионеры" и "создается однородная микросреда" голосующих за Зюганова; но когда появляется интеллигенция "и вообще более продвинутая публика, обстановка разряжается… Даже самые принципиальные ветераны начинали сомневаться в том, что необходимо голосовать именно за Зюганова". С этой целью в день второго тура голосования в утреннюю телепрограмму были включены сразу три заключительные серии "Секрет тропиканки" подряд. В итоге "очень многие не поехали на дачи, а это было очень важно", ибо "чем больше народа придет на избирательные участки, тем больше шансов у Ельцина"; и "была размыта однородность массы пенсионеров. Они пришли позже… и многие из них проголосовали не так, как намеревались раньше" ("Независимая газета", 23.10.98). [Прим. 1998 г. ]
При этом местные избирательные комиссии нередко допускали голосование без открепительных талонов — так что желавшие могли проголосовать по несколько раз на разных участках (чему множество свидетельств в демпечати, корреспонденты которой, потехи ради, сами не раз проделали такой эксперимент). Борьба шла за каждого горожанина. Вот еще ее характерные эпизоды:
"Электорат психиатрической больницы" имени П.П. Алексеева, как всегда, продемонстрировал завидную избирательную активность… Подавляющее большинство избирателей… отдали свои голоса Борису Ельцину" ("Сегодня", 5.7.96). Почти стопроцентную поддержку Ельцина дало также голосование в следственных тюрьмах.
В самый день выборов власть, испуганная очень низкой явкой, в нарушение закона о прекращении агитации произвела по всем телеканалам одновременную психическую атаку: был пущен сопровождавшийся ударами человеческого пульса призыв идти голосовать, иначе "может случиться, что такой возможности у нас никогда больше не будет"… В результате явка "резко повысилась", а несколько впечатлительных людей оказались в больнице с сердечными приступами ("Московские новости", 1996, с. 27; «Известия», 6.7.96.).
На множество подобных нарушений (включая отказ ОРТ предоставить телеэфир Говорухину[79] — доверенному лицу Зюганова) Центризбирком, разумеется, не реагировал. Рябов назвал выборы "поистине всенародными, свободными и демократическими". Не реагировала и прокуратура — хотя, согласно статье 61 закона о выборах, во множестве случаев очевидна необходимость привлечения нарушителей, начиная с самого президента, к "административной или уголовной ответственности" (статья 133 УК предусматривает наказание за подлог избирательных документов или неправильный подсчет голосов).[80]
