«Вот женщина, как ее понять. То она ругается, убегает, стоит только ему приблизиться к ней, то млеет и не хочет ехать одна. То сопротивляется, то тает. Как понять о чем она думает?» Джеймсон попытался сосредоточиться на пути и отвлечься от мыслей о девушке, уютно устроившейся в его руках, но его попытки совладать со страстью терпели крах.
Айрин не спала, ее поглотили мысли. Она прекрасно сознавала, что это войну ей не пережить. За все приходится платить. Она посмела овладеть силами, не предназначенными для человека, но без них она просто не сможет помочь Даниэлю. Ей неоднократно приходили видение о смерти, о том человеке, тело которого нельзя ощутить, он как будто есть, но не осязаем. Может отец, тоже видит эти сны, поэтому так боится за нее. Айрин сделала все возможное, чтобы блокировать подобные видения для верховного жреца, иначе он бы просто не отпустил ее. Она не имеет право претендовать на Джеймсона, он не заслуживает того, что ей уготовлено судьбой и на что она пошла сознательно до того, как встретила его. А если бы она встретила Джеймсона раньше, Айрин все равно поступила бы также, нет ничего важнее жизни на земле, даже если цена за эту жизнь ее смерть. Легенда... Верховный жрец думает, что легенда правдива, честно говоря, Айрин тоже в последние дни начинает в нее верит. Джеймсон очень напоминает того человека из легенды, но тогда последствия и этой магии могут обладать еще сильными разрушениями. Как все запутанно. Айрин не хочет, чтобы Джеймсон что-либо узнал о своей сущности, если ее догадка верна. Битва покажет, кто он есть на самом деле, Айрин это чувствует, но лорду Эллисингу не обязательно этого знать. Лучше ее смерть, чем еще жертвы в лице Джеймсона или Даниэля. «Ну почему так хочется теперь жить? как смирится с осознанным выбором смерти?» Айрин стало грустно, она прижалась ближе к торсу лорда Эллисинга, слегка прикоснулась губами к его груди и попыталась прогнать мрачные мысли прочь. Осталось мало времени.
Ближе к ночи путники сделали привал. Люди лорда Эллисинга разложились. Джеймсон помог Айрин спуститься и попросил Сэми проводить девушку в ее шатер, где она могла освежиться, перекусить и отдохнуть. Айрин не сказала ни слова, но по походке девушку складывалось впечатление, что настроение у нее не очень хорошее. Через несколько часов у Джеймсона появилась время, чтобы чуток поспать, но перед тем как бухнуться в свою палатку, лорд Эллисинг заглянул в шатер Айрин, им двигало желание взглянуть на прекрасное создание, на ее улыбку, которой ему так не хватало в течение всего вечера.
Лорд Эллисинг проник в палатку леди. Его глаза мгновенно нашли фигуру Айрин. Девушка уже спала, опять спала, свернувшись клубочком на медвежьей шкуре, расположенной на земле перед тлеющим костром. Что-то неестественное было в ее позе, Джеймсон подошел ближе и склонился над лицом Айрин. Ему захотелось посмотреть на нее для того, чтобы прогнать возникшие у него сомнения о ненормальности ее положения. Глаза Айрин были слегка прикрыты, по щекам текли слезы, алые губы, как и ладони - плотно сжаты, лицо девушки - напряжено. Может страшный сон. Джеймсон попытался разбудить девушку, прогнать прочь жуткое наваждение.
- Айрин... Айрин, проснись. Все хорошо, милая, это просто жуткий сон. Сон не более.
Лорд Эллисинг встряхнул девушку пару раз в попытке разбудить ее. Айрин открыла заплаканные глаза.
- Джеймсон. Я... Так нечестно, это просто нечестно. Я не хочу умирать, не теперь, я не готова, - прошептала девушка сквозь слезы, все еще находясь во власти видения.
Эллисинг обнял девушку, нежно стал гладить ее по волосам, пытаясь понять, о чем она говорит, и успокоить ее. Айрин чувствовала себя маленьким ребенком на руках этого крупного мужчины, который так ласково и заботливо прогонял прочь ее страхи.
- Айрин, все хорошо. С тобой ничего не случится, я не позволю. Это просто страшный сон. Никто не посмеет тебя обидеть, я просто уничтожу всех. Милая, все хорошо.
Джеймсон обхватил ладонями лицо Айрин и стал покрывать его нежными поцелуями, пытаясь, успокоить девушку, остановить катившиеся слезы. Он шептал ласковые слова, все те фразы, которые смог вспомнить.
- Не плачь, я не могу вытерпеть твоих слез.
- Осталось мало времени. Мало....
Айрин зарылась лицом в одежду Джеймсона, продолжая повторять одни и те же фразы о времени, в этот момент она походила на испуганного и безумного человека.
- Не уходи..., осталось мало времени.
Лорд Эллисинг еще долго пытался убаюкать девушку, обнимая и поглаживая ее по волосам. Когда всхлипы стихли, и тело обмякло, он аккуратно закутал Айрин в медвежью шкуру, и уложил спать, а затем направился к выходу.
Джеймсон покинул шатер Айрин с ясным пониманием того, что не позволить ее принимать участие в этой войне, она не должна пострадать. Остается только обдумать, как сделать так, чтобы она не была замешена в битве. С мрачными мыслями лорд Эллисинг заснул этой ночью, недалеко от шатра Айрин, охраняя ее покой.
