- Ого! - У Бетси округлились глаза. - Ты полагаешь, кого-то должны арестовать и посадить в тюрьму?
- Поживем - увидим, - многозначительно ответил Фатти. - Ладно, пошли обратно, я изложу вам свой план действий.
СЕКРЕТНАЯ КОМНАТА
Уютно устроившись у камина в детской Пипа и Бетси, Тайноискатели увлеченно обсуждали план действий Фатти на ближайшую ночь.
- Моих родителей два дня не будет дома, - сказал Фатти. - Это очень кстати. Никто ночью не заметит моего исчезновения. Я усядусь в беседке, из которой хорошо виден дом, и, если до полуночи не обнаружу ничего подозрительного, проберусь в дом через люк.
- Фатти, а вдруг тебя схватят? - спросил Пип.
- Я предусмотрел такой вариант, - кивнул Фатти. - Если меня схватят, мне надо будет дать вам об этом знать. Условимся так: если я попадусь им в лапы, то брошу записку из окна комнаты, в которой меня запрут - а меня наверняка где-то запрут, - и тогда утром один из вас должен поискать мою записку. Поняли? Само собой, она будет написана невидимыми чернилами.
Это звучало ужасно интригующе. Бетси нахмурилась.
- Фатти, постарайся не попасться. Я не хочу, чтобы тебя поймали.
- Не волнуйся. Я неплохо соображаю. Чтобы поймать меня, нужно быть очень умным.
- Ну что ж, тогда решено, - сказал Ларри. - Сегодня ночью ты, замаскировавшись, идешь в Милтон-хаус. Если до полуночи там никто не появится, ты через люк проникнешь в дом и осмотришь секретную комнату. Возможно, тебе удастся выяснить кое-что о Джоне Генри Смите. Между прочим, я все ломаю голову, зачем понадобилось ставить в той комнате решетку на окно, если в доме не было детей.
- Пока не знаю, - признался Фатти, - но надеюсь раскрыть и этот секрет.
- Если тебя не поймают, ты вернешься домой, ляжешь спать, а утром расскажешь нам обо всем, что узнаешь, - продолжал Ларри. - Если же ты не появишься к утру, один из нас отправится на разведку и будет ждать от тебя письма, написанного невидимыми чернилами. Кстати, не забудь прихватить с собой апельсин.
- Конечно, не забуду, - пообещал Фатти. - Но поскольку я не собираюсь попадаться, вам незачем беспокоиться: письмо из окна не будет выброшено!
- К тому же, если понадобится, ты сможешь выбраться из запертой комнаты, - напомнила Бетси.
- Само собой! - бодро сказал Фатти. - Уверяю вас, со мной все будет в порядке.
Поскольку родители Фатти находились в отъезде, Тайноискатели решили после вечернего чаепития пойти к нему и понаблюдать, как он будет гримироваться. У ребят было приподнятое настроение, только Бетси вдруг вбила себе в голову, что Фатти подстерегает какая-то опасность, и встревожилась не на шутку.
- Не говори глупостей, - успокаивал ее Фатти. - Ну что опасного может быть в этой тайне? Ничего со мной не случится, поверь мне. Это просто приключение, а я не из тех, кто старается избегать приключений.
- Ты храбрый, Фатти, - сказала Бетси.
- Это что! - разошелся Фатти. - Я бы мог рассказать вам о случае, когда я и впрямь проявил храбрость. Но боюсь, не надоем ли я вам? - Он вопросительно посмотрел на друзей.
- Разумеется, надоешь, - без обиняков сказал Пип и тут же переменил тему. - Фатти, ты что, снова собираешься надевать эти ужасные зубы?
- Спрашиваешь! - Фатти тотчас же вставил фальшивую челюсть и сразу перестал походить на самого себя.
К тому моменту, когда Тайноискатели стали расходиться по домам, Фатти завершил свое перевоплощение. Решено было, что Бастера не следует оставлять дома одного, и его взяли с собой Ларри и Дейзи. Бетси очень хотелось забрать песика к себе, но Пип предостерег ее, что у мамы возникнет масса вопросов, если они на ночь глядя заявятся с Бастером.
Бастер, не понимая, что происходит, бежал рядом с Ларри; время от времени вспоминая о больной лапе, он принимался хромать. Песик не сомневался, что рано или поздно Фатти придет за ним.
Фатти между тем допоздна засиделся за книжкой. Он опять превратился в мальчика-француза. Если бы горничной вздумалось вдруг заглянуть в его комнату, ее хватил бы удар. Но, к счастью, Фатти никто не видел.
Около десяти часов он выскользнул из дому. Белый снег ярко освещала луна. Фатти ступал почти бесшумно.
Он зашагал вниз по дороге, спустился с холма и свернул наконец на Каштановый проселок, стараясь все время держаться в тени изгороди. По пути никто ему не встретился. Мистер Гун в ту ночь на улицу не выходил, он лечился от простуды, которую так неожиданно и очень некстати подхватил. Если бы не это обстоятельство, Гун непременно караулил бы у Милтон-хауса, с тем чтобы выведать, что там происходит.
Но сейчас он лежал в постели с сильным насморком и пичкал себя лекарствами. Мистер Гун решил во что бы то ни стало назавтра избавиться от простуды, иначе неугомонные дети опять оставят его в дураках.
Итак, Фатти никто не должен был увидеть. Он миновал ворота и обогнул дом, уповая на то, что на следующий день его следы станут незаметными. Вот и беседка-развалюха. Фатти постелил на скамейку захваченные из дома пледы.
Задрав голову, он отыскал взглядом зарешеченное окно секретной комнаты. Есть ли там сейчас кто-нибудь? Или придет этой ночью?
