Затем мы увидели и услышали людей, переходящих от одного рода занятий к другому, следуя своей интуиции, л обретающих в этом вдохновение и творческие силы, создавая новые и более эффективные технологии. В то же самое время мы видели и людей, подверженных страху, не желающих изменяться и стремящихся захватить власть.
Затем мы Оказались в конференц-зале какого-то исследовательского центра. Большая группа мужчин и женщин вела оживленную дискуссию. Прислушавшись, мы поняли, о чем они спорили. Большинство выступало в поддержку тесного сотрудничества между крупными масс-медиа и компьютерными компаниями, с одной стороны, и международными спецслужбами — с другой. Представители спецслужб доказывали, что борьба с терроризмом требует доступа к каждой телефонной линии, в том числе и к сетям Интернета, и к секретным программам в каждом компьютере, чтобы специалисты могли входить в них и читать любые файлы.
Но это было еще не все. Они хотели создать системы универсального контроля. Некоторые даже утверждали, что если проблема компьютерных вирусов не будет решена, то весь Интернет вместе со всеми подключенными к нему коммерческими компьютерными системами должен быть взят под полный контроль спецслужб. Доступ в него может контролироваться с помощью особых идентификационных номеров, которые станут обязательными для любого электронного бизнеса.
Кто-то предположил, что для этой цели потребуются новые идентификационные системы, например, основанные на анализе радужной оболочки или отпечатков ладоней, или даже некие программы, базирующиеся на анализе мозговых волн.
Двое участников, мужчина и женщина, решительно выступили против всех этих мер. Они упомянули об Апокалипсисе и о числе зверя...
Мы продолжали смотреть и слушать, и я понял, что могу даже видеть происходящее за окнами конференц-зала. По улице мимо высокого здания проехал автомобиль. Затем я увидел кактус и пустыню, расстилавшуюся на сотни миль.
Я взглянул на Уила.
— Эта дискуссия: проходит где-то именно сейчас, — сказал он, — в реальном масштабе времени. Мне кажется, это напоминает юго-запад Штатов.
Прямо перед столом, за которым сидели участники, я заметил что-то непонятное. Пространство вокруг него расширялось. Нет, оно становилось более ярким.
— Дакини! — воскликнул я, обращаясь к Уилу.
Мы продолжали слушать. Дискуссия пошла по другому руслу. Внимание всех участников было теперь сосредоточено на двух противниках максимального расширения системы слежки. Сторонники тотального контроля были в замешательстве.
Внезапно мы оторвали взгляды от «окна». Наше внимание привлекла резкая вибрация, из-за которой вздрогнули пол и стены храма. Мы бросились к другой двери, видневшейся в стене зала, стараясь не заблудиться в облаках пыли. За нашей спиной послышался грохот падающих каменных глыб. Когда до двери осталось футов тридцать, она вдруг распахнулась, и из зала быстро выбежал высокий незнакомец.
— Это, наверное, Таши, — крикнул Уил на ходу, пока мы бежали к двери.
Едва мы выбежали из храма, как позади нас опять раздался оглушительный грохот. Обернувшись, мы увидели, что на месте стен клубились облака пыли. Неподалеку мы услышали рокот вертолетов.
— Вероятно, полковник опять преследует нас, — проговорил я. — Но я удерживаю в сознании только положительные образы. Как же ему это удается?
Уил вопросительно посмотрел на меня, и я сразу вспомнил слова полковника Чаня о том, что он обладает такой системой, от которой никто не сможет спрятаться. Значит, он читал в моем мозгу.
Я немедленно рассказал Уилу обо всем случившемся, а затем сказал:
— Может быть, мне лучше отправиться в другую сторону, чтобы отвести солдат подальше от храмов?
— Нет, не стоит, — отвечал Уил, — Ты должен остаться. Ты нужен именно здесь. Мы должны остаться здесь до тех пор, пока не найдем Таши
Пройдя по каменной тропинке, мы миновали еще несколько храмов. И тут мои глаза заметили дверной проем слева от нас.
Уил обернулся и тоже заметил его.
— Что ты уставился на эту дверь? — спросил он.
— Сам не знаю, —
Уил смерил меня недоверчивым взглядом.
— Я серьезно, — быстро сказал я. — Пойдем посмотрим, что там такое.
Вбежав в здание, мы обнаружили еще один круглый зал, значительно больше первого, диаметром в несколько сот футов. В центре его возникло такое же «окно». Обернувшись, я увидел Таши, стоявшего в нескольких ярдах справа от нас, и указал на него Уилу.
— Я вижу, — отозвался Уил, в полумраке направляясь в сторону мальчика.
Таши тоже обернулся, увидел нас и заулыбался, а потом опять перевел, глаза на картину, возникшую в «окне». На этот раз нашим глазам предстала комната какого-то подростка. Туг были картинки, мячи, разные игры, вешалки с одеждой. В углу виднелась неубранная постель, на краю стона лежала пустая коробка от пиццы. А за другим концом стола сидел парень лет пятнадцати. Он был занят сборкой какого-то устройства. Одет он был в шорты без рубашки; на его лице отражались гнев и раздражение.
