Молодой француз Жак Дюбуа оказывается в лондонском госпитале, после того как его сбивает машина. Пытаясь вспомнить, что произошло, Жак не может отделаться от страшного кошмара об убийстве, которое он совершил, но не помнит, кого он убил и почему. Вернувшись во Францию, молодой человек узнает об исчезновении друга своей матери Седрика Буше, гостившего у них в замке незадолго до этого. Жаку кажется, что именно труп месье Буше он видел в своих снах. Но в этот же вечер кошмар оживает: молодого Дюбуа застают рядом с телом Седрика Буше, только что заколотого ножом. И теперь от обвинения в убийстве Жака может спасти только чудо…
Седрик Буше сидел за столом в своем кабинете и задумчиво перебирал монеты, приобретенные им у частного коллекционера в Бельгии две недели назад. Это была отличная подборка: античные шедевры, которые так редко удавалось найти, несколько медалей чеканки великого гравера Августина Дюпре с изображениями Марианны – символом Франции – и даже российские рубли эпохи Александра III, выпущенные в память о его коронации. Ради этих кружочков из драгоценного металла стоило совершить это небольшое путешествие, даже несмотря на сильную усталость, которую нумизмат теперь чувствовал все чаще и чаще. Седрику Буше было пятьдесят шесть лет, и большую часть своей жизни он посвятил собиранию ценных монет, жетонов, медалей. Его коллекция была одной из лучших в Европе, и через два месяца на аукционе в Лондоне он планировал выставить на продажу несколько экземпляров – они должны были взволновать публику и привлечь на торги самых искушенных ценителей.
Но сейчас Буше не хотелось думать об этом; все клады и сокрытые в земле сокровища не интересовали его в эту минуту. Мужчина закрыл глаза и попытался представить, как Люси Дюбуа могла выглядеть сейчас, спустя почти тридцать лет с их последней встречи.
В те юные годы он был пленен ею, и неудивительно, ведь девушка была поистине прекрасна: длинные темные волосы до пояса, пухлые щечки и соблазнительные от природы ярко-красные губы. С тех пор не проходило и дня, чтобы Седрик Буше не вспоминал о ней. Было ли правильным то, как он поступил тогда? Но ведь это сделало ее счастливой! Должно было сделать… Коллекционер вздохнул. Отложив монеты в сторону, он дотянулся до нижнего ящика секретера и достал оттуда письмо. Месяц назад Седрик написал Люси, и ответ пришел почти сразу. Значит, он должен ехать к ней. Кто знает, возможно, это будет их последняя встреча. Нужно подготовиться как следует.
Буше в волнении прошелся по комнате, а затем резко остановился, наклонился и отодвинул лежащий по центру ковер. Одна из половиц отличалась от остальных, и нумизмат надавил на нее двумя руками, после чего дощечка с щелчком отскочила. Мужчина запустил руку в открывшийся тайник и достал какой-то листок. Закрыв свой потайной сейф, он вернулся за стол и, положив перед собой бумагу, принялся тщательно выводить слова. Когда Седрик Буше закончил писать, было уже половина двенадцатого ночи. Нумизмат устало взглянул на настенные часы и, сложив листок, убрал его во внутренний карман пиджака. Завтра он отправляется к ней, к своей Люси, они встретятся вновь, а там будь что будет. Какое теперь имели значение вся его коллекция и огромное состояние, если перед лицом смерти все равны.
Подумав о смерти, Буше вздрогнул. Он достал из комода небольшой револьвер и положил его на край стола. «И все-таки эта поездка необходима», – пробормотал мужчина и, резко поднявшись, покинул кабинет.
– Зачем Жаку потребовалось так срочно ехать в Лондон? – молодая француженка приятной наружности сидела в соломенном кресле возле живой изгороди в удивительно красивом саду, окружающем старинный замок, и перелистывала свой альбом с семейными фотографиями.
Ее собеседник, молодой человек лет двадцати восьми, пожал плечами и небрежно бросил:
– Поведение твоего брата в последнее время довольно странное, ты не находишь? От него теперь можно ожидать чего угодно!
– Не понимаю, о чем это вы, – девушка резко выпрямилась и захлопнула альбом. Эти двое уже давно обращались друг к другу на «ты», но сейчас ей хотелось подчеркнуть разницу в их положении и немного осадить кавалера. Ее лицо исказила гримаса отчаяния, и девушка тихо застонала.
– Неужели все это связано с приездом месье Буше? – воскликнула она наконец. – Но Жак всегда был благоразумен, к чему заводиться по пустякам?
Молодой человек пожал плечами и потер лоб рукой.
– Мне трудно судить об этом. Мы с Жаком познакомились в непростое время. На войне люди быстро сходятся, но суть человека не всегда можно распознать за дымом пушек и бесчисленным количеством убитых солдат.
– Вы хотите сказать, что вы оба притворялись там, сражаясь за мир? – отчаянно воскликнула француженка. – Но я думала, что во время боя человек становится бесстрашнее и сбрасывает с себя все маски, которые нужны ему, чтобы прятать свое истинное лицо в светском обществе.
– Отчасти вы правы, – кивнул молодой человек, – но, чтобы выжить на войне, иногда приходится вычищать свою душу от всего лишнего, становиться бесчувственным и циничным, даже жестоким.
– Значит, вы считаете, что мой брат тоже мог стать таким? Жестоким и бессердечным? – упавшим голосом пролепетала мадемуазель.
