— Я так и знал, что мне не дадут спокойно поработать, — пробормотал Холмс.
Я тяжело вздохнул и тоже отложил журнал. Через несколько мгновений появилась миссис Хадсон, которая, извинившись за беспокойство в столь неурочное время, представила нам посетителя — мистера Джастина Клируотера. И тут же, будто в укор припозднившемуся гостю, часы на каминной полке пробили девять. Издалека им эхом ответил Биг-Бен.
— Далеко же вы забрались от дома, мистер Клируотер, — заметил Холмс.
Молодой человек попросил:
— Зовите меня просто Джастином, — и с изумлением глянул на Холмса: — Вы правы, мой дом очень далеко. Если быть точным, на другом конце земного шара — в Австралии. Но откуда вам это стало известно?
— Вы говорите с лёгким, но всё-таки заметным акцентом, — пояснил знаменитый детектив. — Кроме того, когда у нас зима, у вас лето. Это объясняет ваш загар.
— Всё верно, мистер Холмс, — улыбнулся паренёк. — Я из Брисбена. Чтобы добраться до Англии, я нанялся на корабль матросом.
Холмс приподнял бровь, но ничего не сказал. Клируотер отличался мощным телосложением и квадратным подбородком. Его голову украшали вьющиеся каштановые волосы, а кожа под слоем загара казалась чуть красноватой. Судя по наряду, молодой человек не врал: одежда на нём была изношенной и залатанной. В руках он сжимал форменную фуражку, которая, как мне показалось, была слегка изъедена молью. Картину довершали зелёные глаза и гладко выбритые щёки. По моим прикидкам, гостю было около двадцати пяти лет.
— В своём роде, — продолжил он, — эта история повторяет библейскую притчу о возвращении блудного сына, пусть и во втором поколении. Я отправился в путь лишь потому, что этого не захотел сделать мой отец.
Холмс с интересом посмотрел на Джастина.
— Вы меня заинтриговали, — признался он и показал юноше на кресло: — Присаживайтесь, пожалуйста, и поведайте нам скорее о своей судьбе.
— Видите ли, мистер Холмс, — опустившись в кресло, промолвил молодой человек, — я приехал в Англию в поисках своих корней, но знаю о них чрезвычайно мало. Мой отец не хотел, чтобы я возвращался на его родину. Пока он был жив, он делал всё возможное, чтобы отговорить меня от этой авантюры. Однако так случилось, что я пошёл в него и унаследовал его характер. Как и мой отец, я на редкость упрям.
— Клируотер — достаточно редкая фамилия, — заметил Холмс. — Думаю, вам не составит труда отыскать своих родственников.
— Если бы всё было так просто, — вздохнул Джастин. — К сожалению, моя здешняя родня носит другую фамилию. Я знаю только настоящее имя отца: Джонатан.
— Ну да, я так и решил, — кивнул мой друг. — Из того, что вы нам рассказали, я уже понял, что ваш отец был не в ладах со своей семьёй и потому, перебравшись в Австралию, сменил фамилию.
— Именно так всё и произошло. Когда отец путешествовал по Австралии в поисках места, где осесть, он нашёл очаровательную долину, именовавшуюся Клируотер, что значит «чистая вода». Дело в том, что там тёк ручей с прозрачной, как слеза младенца, водой. С тех пор, как отец там поселился, он называл себя Джон Клируотер и никогда больше не упоминал своей настоящей фамилии.
— Что стало причиной ссоры с роднёй, в результате которой ваш отец решил уехать в Австралию? — спросил Холмс.
— Эта история стара, как библейское предание о Каине и Авеле, — развёл руками Джастин. — У моего отца был старший брат Уильям, его полная противоположность: высок ростом, хорош собой, прекрасно сложен и обаятелен. Однако при этом он был тщеславен, заносчив, жесток и эгоистичен. В детстве братья просто не ладили, но с возрастом возненавидели друг друга. Мой дед души не чаял в Уильяме, тот был похож на него как две капли воды. Они вместе ездили охотиться с собаками, стреляли оленей, пили эль. К Джону же, моему отцу, дед относился как к чужому. Он считал его маменькиным сынком и размазнёй — всё потому, что отцу нравились изобразительное искусство и музыка, а ещё он не стеснялся восторгаться красотами природы. Отец больше любил наслаждаться пением птиц, чем палить по ним из ружья. Он и впрямь скорее пошёл в мать, чем в отца. Джон был стеснительным, мягким, чутким, умным — и конечно же ужасно упрямым. Братья постоянно ссорились друг с другом, но долгое время им удавалось держаться в рамках. А потом Уильям увёл у Джона девушку. Её звали Люси, и Джон был без ума от неё. Уильям увёл её у брата просто чтобы показать, что подобное ему под силу. В отличие от Джона, он не любил Люси, что и продемонстрировал вскоре, когда порвал с бедняжкой, устав от неё.
