– Но должны же у вас быть какие-то зацепки, – уже спокойнее заметил Слимп, – где-то они с Рамси встретились, или их познакомили.
– Вообще-то такие гномы, как Рамси, – сказала Аанти, – все свои самые выгодные делишки проворачивают в городе катакомб под Руной. Туда же направлялся и покойный в нашу последнюю с ним встречу, в этом я могу поклясться. Это место просто кишит подозрительными личностями, и встретить или найти там можно кого угодно. Чаще всего, конечно, неприятности на свою шею…
– Ты же была там, – напомнил Зак, – и ничего не смогла узнать.
– Да, – кивнула гнома, – но тогда еще Рамси был жив, а он имел в городе немалое влияние. Его уважали… и боялись.
– Думаешь, стоит наведаться туда после его смерти? – спросила Алиэнтэль.
– Да, – кивнула Аанти, – но не в таком виде, нельзя, чтобы лазутчики Зуты нас там видели.
– Верно, – кивнула Тэнаэ, – они донесут о нас старейшинам, а то, что знают старейшины, узнает и их неведомый кукловод.
– А что это за город такой? – спросил Ранти.
– Город расположен под Руной, и вырыт он был так давно, что никто и сказать точно не может, сколько этим пещерам лет, – ответила Тэнаэ, – это огромные старые катакомбы. Есть предположение, что там когда-то был город Древних, или Архоунов – расы, уничтоженной богиней света Рофам, за то, что посмели бросить ей вызов. Но сейчас в этих катакомбах процветают контрабандисты и прячутся от правосудия королей преступники.
– Через эти же туннели наверняка прошли в город и Зута со своими помощниками, – вставила Аанти.
– Когда мы дрались, – кивнул орк, – я его уже зажал в угол, так этот гад извернулся и такого деру дал. А потом забежал в какой-то тупик и все, как не было. Я его, главное, только на секунду из вида потерял!
– В Руне полно тайных проходов, – сказала Аанти, – но в любом случае нам в таком виде туда лучше не соваться. Когда соберетесь идти в город, скажите, я к своей знакомой слетаю – она трансформациями занимается, может помочь в этом деле.
– Значит, решено, – кивнул Зак. – Отправляемся в Руну, как только закончим дела здесь.
– Тогда разделимся, – предложила Алиэнтэль, – глупо везде ходить толпой. Кто-то сходит к стражу Гиру, кто-то пойдет искать шамана.
– К Гиру, пожалуй, отправлюсь я, – вступила в разговор Илань, – с темными эльфами он уже давно не общался без меча, поэтому вам лучше к нему близко не подходить, он хоть и призрак, но все еще может быть опасен.
– Спасибо, Илань, – улыбнулся ей Зак, – тогда мы идем на кладбище Наблюдающих. Ниира и Ранти останутся здесь.
– Почему?! – возмутилась Ниира.
– Потому что туда могут пойти только воины, – отрезал Зак.
Ниира обиженно отвернулась, скрестив на груди руки. Зак попытался было оставить дома и Слимпа, но тот пригрозил жрецу мучительной расправой, если человек только заикнется об этом, поэтому орк сейчас шел с ними. Обеих гномок в качестве сопровождения отправили с Иланью. Договорились ждать два дня – время возвращения второй группы. И если кто-то из них не появится, то обо всем сообщить Рахте.
– Тебе тоже стоило бы остаться, – тихо сказал Зак Алиэнтэль, когда они седлали драконов.
– Еще чего, – усмехнулась эльфийка и холодно добавила: – Я за себя вполне и сама могу постоять, не забыл?
– Ты не устаешь мне об этом напоминать, – не обиделся на резкое замечание Зак.
Она молча запрыгнула в седло и выехала за ворота. Как и обещал Слимп, все обвинения с них были сняты, как и плакаты о розыске, и стражи теперь можно было не опасаться, поэтому селение они покинули без проблем.
Огромная пирамида постепенно наливалась красным светом. Он загорался на самой вершине и, накапливаясь на острие металлического шипа, прорывал невидимую границу и опадал вниз, скатываясь по пирамиде огненно-красной волной. Так повторялось из раза в раз, никогда не прерывая загадочного цикла и больше ничего не показывая возможным зрителям.
У подножия пирамиды стояла и смотрела на странное свечение высокая женщина, принадлежащая к племени темных эльфов. Белые густые волосы до плеч почти закрывали небольшие острые ушки, едва проглядывающие из-под шевелюры. Красивые черты лица были неподвижны, лишь прямой небольшой носик изредка подергивался и морщился, будто учуивал какую-то гадость. И гадость не заставила себя долго ждать…
– Ты не слишком торопишься на встречу со мной, – даже не повернув головы, сказала женщина.
Хорн подошел ближе и опустился на колено.
– Моя госпожа простит мне небольшое опоздание, если я скажу, что задержался по очень важному для нашего предприятия делу?
– Не играй со мной, волшебник! – Синие глаза эльфийки зло сощурились, и она резко обернулась к мужчине. – Или твое место освободится раньше срока.
– Прости мне мою дерзость, – еще ниже склонился маг, и на этот раз в голосе его не было прежней уверенности, зато появился плохо скрываемый страх.
– Так-то лучше, – усмехнулась эльфийка, – почему ты задерживаешь поимку? Моя мать недовольна, Хорн.
