Она опустила голову, а Анна начала говорить с торжеством в голосе:
— Вот тут-то и кроется твоя ошибка! То, что мистер Моррис Спеншоу до сих пор не женат, никак не может свидетельствовать в его пользу. Разве может оставаться неженатым симпатичный, видный из себя мужчина? Согласись, это маловероятно. Тем более там, где невест — хоть пруд пруди, а в Фейетвилле именно так обстоят дела.
Скарлетт кивнула.
— За него никто не вышел потому, что он беден! — сказала Анна. — Он учитель в пансионе! Это просто унизительно — быть учителем в женском пансионе, занимать женское место. Ты знаешь, сколько миссис Хиггинс платит учителям?
Скарлетт никогда не занимал этот вопрос, и потому сна отрицательно покачала головой.
— Мало! — веско произнесла мисс Сент-Уайт.
«Все-то она знает», — подумала Скарлетт.
— Но он не выглядит бедняком, — возразила она вслух. — Он всегда такой подтянутый и аккуратный.
— Иначе его бы здесь не держали, — последовал уверенный ответ. — Мистер Спеншоу может разбогатеть, вот тогда за ним все станут гоняться. И какая-нибудь верткая девчушка мигом женит его на себе. Но тебе, милая Скарлетт, к тому времени будет уже все равно…
— Почему? — удивилась Скарлетт.
— Потому, что к тому времени ты закончишь курс обучения и уедешь к себе. И уж там родители выберут для тебя подходящего жениха.
«Дудки, никогда я не позволю родителям выдать меня замуж без моего согласия», — подумала Скарлетт.
— А мистер Спеншоу останется здесь. Ты про него забудешь, как только перестанешь видеть каждый день, — продолжала Анна. — Так уж, поверь, случается со всеми, кто влюбляется в первый раз…
— Разве я влюбилась? — воскликнула Скарлетт. — Я призналась тебе, Анна, что мистер Спеншоу мне нравится, но не говорила о своей любви.
— Ох, Скарлетт! От простой девичьей влюбленности до настоящей любви большое расстояние, — заметила Анна Сент-Уайт. — Ты не говорила о любви, но то, что я замечаю, это чистой воды влюбленность, которая возникает только потому, что девушка видит рядом с собой молодого человека, и которая пропадает, когда этот молодой человек уходит из жизни девушки…
— Разве Моррис — молодой человек?
— Вот замечаешь — ты назвала его Моррисом! — веско произнесла Анна. — А это также говорит о том, что ты неравнодушна к учителю литературы.
— Ладно, подруга, ведь я уже не отпираюсь, — смущенно улыбнулась Скарлетт и в ее зеленых глазах заиграли веселые огоньки.
— Мистеру Спеншоу всего двадцать шесть лет, он на десять лет старше нас с тобой, — напомнила Анна.
«Он старше тебя на девять лет», — мысленно поправила подругу Скарлетт.
— Но он мне кажется настоящим мужчиной, — сказала девушка вслух. — Все, кто старше двадцати лет, для меня ужасно взрослые люди.
Она сделала ударение на слове «ужасно».
Анна только рассмеялась и посмотрела на Скарлетт как на маленькую девочку.
— Поверь мне, дорогая, двадцать шесть лет — это еще не возраст. Многие мужчины женятся лет в сорок.
— Ого! — удивилась Скарлетт.
— Да, и можешь быть готова, что возле тебя неожиданно окажется такой вот седовласый господин, которого тебе захочется называть «папочкой», — ехидно усмехаясь, добавила Анна. — Но тебе придется его называть «любимый», «дорогой» или как-нибудь еще.
— Какой ужас! — оценила на свой лад такую перспективу Скарлетт.
— Совсем не ужас, — покачала головой Анна. — Это как раз тот возраст, когда мужчины по-настоящему становятся на ноги и могут позаботиться о тебе, так что приучай себя к мысли, Скарлетт, что о таких, как мистер Спеншоу, думать не следует. Не потому, что наш учитель литературы — плохой человек, а просто потому, что он еще молод для тебя.
Скарлетт подавленно молчала. Она думала: «Неужели я на самом деле когда-нибудь полюблю человека, которому будет под сорок лет? Он будет лет на… двадцать старше меня?»
На эти вопросы не было ответа. Скарлетт решила отложить решение таких сложных проблем на потом.
Шел урок танцев. Девушки осваивали вальс.
Самое трудное в танцевальных занятиях заключалось в том, что воспитанницы пансиона миссис Хиггинс не имели кавалеров. Единственный мужчина — учитель танцев мистер Вильям Спулл — сидел за роялем и наигрывал простенькую мелодию. Одновременно он внимательно следил за кружащимися парами девушками и громко восклицал:
— Раз-два-три, раз-два-три! Мисс Ковальски, сейчас вы танцуете в качестве партнера, после этого круга поменяйтесь с мисс Форман местами! Она будет кавалером, а вы — дамой! Раз-два-три, раз-два-три! Мисс Тейлор, не нужно смотреть под ноги. На балах вы будете заняты перемигиванием с партнером, приучайте к этому себя сейчас! Мисс О’Хара, почему вы стоите, найдите себе партнершу, разбейте какую-нибудь пару. Нельзя же просто так стоять на занятиях… Потом будете жалеть, что не научились танцевать.
Скарлетт в самом деле стояла у стены. Ей просто не хватило пары, потому что одна из воспитанниц заболела. Она не беспокоилась, ведь вальс и остальные танцы получались у Скарлетт хорошо.
Однако девушке было просто скучно.
