– Мы полицию не вызывали. С пропиской полный порядок, тишь и благодать,– поспешно сказала она. – Если ищите мигрантов, то они здесь не проживают. Занимайтесь своим делом, ловите и вяжите бандитов, а добрым гражданам не надоедайте. Без вас хватает забот и хлопот.
– Значит, полный порядок? А пропажа золотых изделий и ста долларов? – поверг ее в замешательство Василий и вместе с лейтенантом прошел в прихожую.
– Ох, это дело рук Ваньки, моего зятька окаянного, будь он неладный, чудит. Хороший, работящий был, отучили его пить и курить и вдруг будто подменили, порчу наслали или сглазили. Скипидаром мазнули или шило в одно место вставили, – возмутилась Драбкина и посетовала. – Вот уж Господь, таким чудом дочку наградил. Он драгоценности и доллары своей крале отнес. Другие мужья носят добро в дом, а он из дома. Мы с него шкуру сдерем, совсем от рук отбился. Ягненком невинным прикидывается. Мой медальон, подарок мужа Савелия, уж как я его берегла, словно зеницу ока, унес паразит. В самое сердце меня поразил. А теперь вот еще полицию на нас натравил.
– Вы уверены, что это сделал Иван Петрович?
– Кто же еще? – выпучила она глаза. – Может внук Ромочка, так он еще мал, на горшок ходит. Господин офицер, мы сами разберемся. Поезжайте подобру-поздорову. Будя вам, солидному человеку, пустяками заниматься. Совсем Ванька спятил, полицию на нас натравил. Вы ему лучше к психиатру на экспертизу направление выпишите, чтобы там его хорошенько обследовали. Хоть к бабке ясновидящей его тащи. Так ведь придется платить и не в рублях, а в долларах и евро. А гарантий никаких, что станет нормальным человеком. Это все равно, что кота в мешке покупать.
– С походом к бабке не торопитесь, – посоветовал Белозерцев.
– Как же, не торопиться, если зятек с каждым днем звереет. Может с ним под одной крышей жить опасно, а мы с доченькой и внуком постоянно рискуем? В спальной от него спрячемся, дверь на два оборота ключа на ночь запираем. Все равно дрожим, по очереди с Дуней дежурю. Ему, бугаю, дверь с петлей сорвать и высадить, все одно, что калитку открыть. На всякий случай держим под рукой топорик для разделки мяса и скалку. Докатился Ванька до ручки, вещи из дома таскает, проклятый клептоман. Лучше бы он, как прежде, пил и курил, но семейные вещи не трогал. А то ведь дойдет до того, что начнет с пальцев кольца и перстни сдирать.
От зоркого взгляда майора не ускользнуло, что женщина, вращая ладонями кистей рук, стремиться привлечь внимание к пальцам, унизанным украшениями, дабы он оценил ее состоятельность. И он, усмехнувшись ее хитрости, спросил:
– Эти украшения тоже находились в шкатулке?
– Нет, их невозможно снять, вросли в кожу, разве что вместе с пальцами, – произнесла Изольда Семеновна, удовлетворившись тем, что он заметил ее сокровище. – Как сказал древний философ, все свое ношу с собой.
– Напрасно, напрасно…
– Почему? – удивилась она.
–Потому, что женщина с таким количеством платины, золота рискует стать приманкой для грабителей, – пояснил майор. – В лучшем случае все заберут, а в худшем, если окажите сопротивление, искалечат или убьют. Часто потерпевших, как и свидетелей, не оставляют в живых.
Такая перспектива Изольду Семеновну встревожила и озадачила.
– Пожалуй, вы правы, – согласилась она. – Если зятек втихую ворует, то что говорить о чужих злодеях. Что же мне делать с перстнями и кольцами?
– Можно снять с помощью обычной рыбацкой лески, – посоветовал он.
– Нет уж, я сниму, а Ванька их сплавит своей крале.
– В таком случае, остерегайтесь темных, безлюдных мест, где чаще всего грабители нападают на своих жертв
– Широ дякую за пораду.
3
– Изольда Семеновна, мне надо поговорить с вашей дочерью, – предложил Белозерцев. Едва та успела открыть рот, как Дуня, заслышав разговор, сама вышла из спальной с полотенцем на голове, из-под которого выглядывали термобигуди.
– Мамуся, о, какой сюрприз, у нас гости, – усмехнулась она, окинув офицеров надменным взглядом.
– Незваные гости, – сообщила Изольда Семеновна, – И надо же из полиции. Твой муженек решил взять нас на испуг, полицию натравил. Думал, что в обморок упадем, все грехи ему простим. Выкусит, не на тех нарвался.
– Расскажите, что произошло, почему Иван Петрович попал в немилость? – Белозерцев обратился к Дуне.
– Обычно я украшения редко снимаю, но собралась в сауну и решила оставить их дома, чтобы нечаянно не затерялись. А вечером возвратилась и обнаружила пропажу.
– Сколько времени вы отсутствовали?
– Примерно три часа, с полудня. Мамуся вместе с Ромкой гостила у сестры.
– В квартире в это время кто-нибудь был?
– Вы, что на любовника, блуд, намекаете? – насторожилась женщина.
– Нет, вы сами предложили эту версию. Никто за язык не тянул, – майор пристально поглядел ей в глаза. Она смутилась, отвела взор в сторону и поспешно прошептала:
– Когда уходила, никого не было.
– Почему вы решили, что именно, муж похитил золото и сто долларов?
– Кто же еще? Вечером возвратилась, а он уже дома. Спокойный, как удав, будто ничего не случилось.
– Ну и что? Это не повод для обвинения в краже.
