Тайна старого морга полностью

– Мой выигрыш! В сейфе был весь мой выигрыш – чертова куча наличных! – Даже в припадке отчаяния она не стала упоминать ни о том, что главная сестра обещала оштрафовать ее на десять фунтов, ни о пятерке, которая ушла рядовому Сандерсу. Пускай Розамунда и расстроилась из-за потери денег, но разум она не потеряла – лишь куда-то подевалось ее красивое английское произношение.

Стоя на крыльце первой военной палаты, Морис Сандерс наблюдал, как Розамунда пытается протиснуться мимо сестры Камфот. Он все еще питал к Рози некоторые чувства и не хотел видеть, как она выставляет себя дурой перед толпой. И в то же время понимал, что сам сделал больше чем достаточно для того, чтобы запятнать среди персонала как ее имя, так и свое – санитарки умели сплетничать очень злобно, и осознание этого удерживало его от того, чтобы броситься через двор к ней на помощь.

– Ну вот и славно, – прошептал он мгновение спустя, когда Сара Уорн шагнула к Розамунде, избавив его от необходимости проявлять рыцарство – качество, которого ни он сам, ни его товарищи в нем не замечали.

Сара положила руку Розамунде на плечо – ее голос звучал спокойно, но взгляд был очень выразителен:

– Обойдемся без лишнего шума. – Она придвинулась ближе и перешла на шепот: – Неужели ты не понимаешь, что все только получают от этого удовольствие? Не нужно постоянно давать им поводы для сплетен, Рози.

Розамунда обернулась и взглянула на собравшуюся толпу пациентов, медсестер, ночных сиделок – всем не терпелось увидеть, что будет дальше, все желали посмотреть спектакль.

– Ты права, – процедила она сквозь зубы. – Но я бы с радостью устроила шумную сцену, которую они так жаждут. Ладно, Сара, я буду паинькой. Ведите, леди Макдуфф!

Протянув Саре руку, она смиренно позволила отвести себя в кабинет главной сестры. Но едва они переступили порог, укрывшись от слабеющего дождя, как кто-то из мужчин крикнул с крыльца первой военной палаты:

– Эй, сестра, а разве не нужно первым делом найти главную медсестру?

Его возглас подхватили и остальные выздоравливающие, скандируя хором:

– Найдите главную, главную, главную! Приведите ее, приведите, приведите!

Услышав эти насмешливые призывы, мистер Глоссоп окончательно вышел из себя. Собираясь обрушить свой гнев на солдат, он оттолкнул локтями в стороны Сару и Розамунду, чтобы не закрывали вид на двор, чем вызвал недовольное мычание у мужчин на крыльце, сердитое «Эй, полегче!» от доктора Хьюза и куда более угрожающее «Тихо, ты, болван, а то я дам тебе реальный повод для стонов, черт побери!» от Мориса Сандерса. Не обращая внимания, мистер Глоссоп встал на верхней ступеньке крыльца перед кабинетом и разразился обличительной речью против больницы, моста по дороге к больнице и потрепанного фургона, который ему выдали, чтобы ездить по дурацкой дороге через дурацкий мост в дурацкую больницу, перемежая эти сравнительно дипломатические выражения потоками такой отборной брани, что обычно молчаливый Боб Поусетт заметил, обращаясь к Катберту Брейлингу:

– Надо признать, Кат, этот тип знает толк в ругательствах. Такого не услышишь даже от старого моряка или Сандерса в тяжелый день.

Сестра Камфот, разгневанная этими выражениями и много чем еще, схватила Глоссопа за шиворот, затащила обратно в кабинет, швырнула в старое кожаное кресло и потребовала, чтобы он немедленно прекратил. Розамунду и Сару она заставила замолчать одним лишь взглядом, а затем взяла командование на себя:

– Где сержант Бикс? А?

Ответом на этот вопрос или, скорее, приказ стал звук сапог, стучащих по асфальту. Толпа у входа в офис расступилась, давая дорогу сержанту. Только так выздоравливающие могли выразить свое уважение. Они любили Бикса, веселого и толкового человека, не имеющего никакого отношения к идиотским больничным порядкам, которые, похоже, были введены исключительно потому, что так хотелось сестре Камфот.

– Я здесь, сестра!

– Я вижу. И мы все ждем вас уже некоторое время. Почему, сержант, сотрудникам больницы постоянно приходится самим держать ваших людей под контролем?

– Честно говоря, сестра, уже давно отбой, а мне надо разобраться с чертовой кучей, простите, бумаг в офисе – многие из этих ребят возвращаются на службу через несколько дней.

Заверения Бикса, что он строго присматривает за своими людьми, не подтвердились, когда несколько солдат, облепивших веранду первой военной палаты, засвистели и заулюлюкали, выражая свое одобрение при известии о скорой выписке из больницы. Сержант обернулся к ним с видом человека, которому за последние несколько месяцев крайне надоела роль посредника в установлении мира между солдатами и медсестрами. Зрители притихли, будто рассаживаясь по местам в кинотеатре, где наконец-то должен был начаться основной фильм.

Сестра Камфот приложила все силы, чтобы не разозлиться на Бикса так же, как привыкла злиться на солдат, – ее сдерживала лишь вера в ценность иерархии. Напротив, она постаралась понизить голос и тихо сообщила Биксу:

– Произошла кража.