Они знали его лучше, чем она. Он был частью ее жизни совсем недолго шесть лет тому назад – и еще чуть-чуть сейчас. Он не имел права оставить ее. Но даже если Джаред останется жив, скорее всего, бросит ее, как тогда. Убийца установлен и мертв.
Ребекка знала, что Джаред не исчезнет из жизни Алекса. А как же ее жизнь?
– С ним должно быть все хорошо, – прошептала она.
– Так и будет, – заверила Лекси. – Он так хотел спасти тебя. Он тебя не бросит.
– Но шесть лет назад он именно так и поступил, – произнесла Ребекка с болью в голосе. – Он не поверил в мою любовь. Он думал, что я использую его, чтобы чем-то заместить твою смерть. – На Ребекку снова нахлынули слезы, но она сумела сдержаться. – Но я не смирилась.
– Я узнала, что Алекс его сын, – сказала Лекси. – У меня замечательный племянник…
– Да, Алекс, – ответила Ребекка, и ее сердце наполнилось любовью к удивительному ребенку. – Но я не сказала ничего Джареду, когда забеременела. Он только недавно узнал, что у него есть сын.
– Так что я не единственная в семье, кто хранил секрет годами, – заключила Лекси. – Ты ненавидишь меня за то, через что тебе пришлось пройти?
– Нет, – призналась Ребекка и заключила сестру в свои объятия. – Я никогда не смогу ненавидеть тебя. Я так рада, что ты жива. Ты говорила правду о том, что у вас с Джорджем тоже есть дети?
Лекси улыбнулась, и ранка на ее губе снова открылась.
– Две девочки. Бекке пять, а Аманде три. – Она моргнула, чтобы сдержать слезы. – Та же разница в возрасте, что и у нас. Думаю, они будут так же близки, как были мы.
– Почему ты молчала? – спросила Бекка. – Почему не сказала, каким чудовищем был Гаррис?
– Он бы убил тебя, – покачала головой Лекси. – Я испугалась, что он сделает это, поскольку ты продолжала публично обвинять его. Поэтому мы с Джорджем наблюдали за тобой все эти годы. Я видела Алекса… – Ее голос дрогнул от волнения. – Мне не терпится его увидеть и познакомить тебя с моими девочками.
Все, чего хотела Ребекка на протяжении шести лет, – вернуть сестру и зажить прежней жизнью, как до ее исчезновения. Но сейчас она не могла думать об этом. Она не могла думать ни о ком и ни о чем, кроме Джареда.
– Он обязан поправиться, – прошептала она.
Дверь в приемный покой открылась, и вошел доктор. Это был хирург, к которому поступил Джаред. Ребекка бросилась к нему навстречу, одновременно с Ником Расом и Далтоном Рейесом.
– Как он? – спросили они почти хором.
– Он пойдет на поправку, – заверил их врач. – Мы сделали томографию и обнаружили небольшое сотрясение. Пуля, к счастью, прошла навылет. Хотите увидеть его?
Ребекка шагнула назад одновременно с тем, как агенты вышли вперед. Они повернулись к ней.
– Ты можешь пойти первой, – предложил Ник.
Она покачала головой:
– Нет, все в порядке. Я уверена, он сначала захочет поговорить с вами о деле и покончить с этим. – Она попятилась назад.
Лекси схватила ее за плечи и поддержала. Агенты ушли, им не терпелось увидеть друга. Вместо того чтобы держать ее, Лекси осторожно потрясла Ребекку.
– Что ты делаешь? – спросила она. – Ты хочешь увидеть Джареда. Ты так переживала за него. Почему ты не пошла к нему?
Ребекка покачала головой:
– Я не знаю.
– Ты знаешь, – сказала Лекси. – Скажи мне.
– Потому что все кончено, – ответила она. – Мясника больше нет. Все кончено.
– Убийства закончились, – согласилась Лекси. – Мне больше не нужно притворяться мертвой. Но ваши с Джаредом отношения не должны заканчиваться.
– Мы их только разыгрывали, – покраснела Ребекка. – Это была ловушка. Мы не собирались жениться на самом деле.
Лекси разочарованно вздохнула.
– Значит, шесть лет назад Джаред был прав. На самом деле ты его не любила.
Ощущение собственной правоты переполнило Ребекку.
– Нет, он был не прав. Я любила его! Я на самом деле любила его. Это не имело никакого отношения к заполнению той пустоты, что появилась после твоего исчезновения. Все было ради него. Я любила его.
– Любила? – с удивлением спросила Лекси. – Ты сказала это в прошедшем времени? Ты больше не любишь его?
Скорее наоборот, она любила его даже сильнее. Он был таким прекрасным мужчиной. Таким хорошим отцом, несмотря на то что он только недавно узнал о сыне.
У них с Алексом было нечто общее – их одаренность, которую она никогда не сможет с ними разделить. Они уже были близки. И Ребекка уже видела, какой может быть их семейная жизнь, в которой они заботились бы об Алексе и играли с ним. И затем она и Джаред засыпали бы вместе каждую ночь в объятиях друг друга.
– Так ты его больше не любишь? – переспросила Лекси.
– Я этого не говорила, – ответила Ребекка. Ей не было смысла врать сестре, скрывать свои чувства к Джареду.
– Так ты его любишь? – не унималась Лекси. Возможно, Алекс унаследовал свое любопытство от тети.
– Почему ты спрашиваешь? Разве тебе не все равно?
– Потому что я хочу знать, – ответила Лекси. – Ты добровольно предложила себя в качестве наживки для серийного убийцы. Я думала, что ты смелая, но сейчас, когда речь идет о том, чтобы признаться в своих чувствах, ты ведешь себя как трусиха.
– Я тоже хочу знать, – раздался мужской голос.
