«Калачуни! Калачуни!» — пронзительно кричит жрец, и его крик подхватили тысячи индейцев. Кажется, что все содрогается от этого могучего воинственного крика: дворцы, храмы, пирамиды.
Поздно ночью, когда кончилось торжество, након Тепеух собрал своих воинов. При свете факелов он построил их в колонну. Он по-братски обнялся с правителем Чампотона Моч-Ковахом. Он сел в носилки, и четыре сильных воина подняли их на плечи. Отряды двинулись в столицу.
В столице государства майя ожидали возвращения военных отрядов во главе с наконом Тепеухом. Индейцы шли на площадь к пирамиде. Тела их были празднично раскрашены в синий, красный, черный цвета, в руках разноцветные перья. Они шли один за другим — так ходят индейцы издревле. Вереницы шагающих людей напоминали ручейки, которые стекались к каменной громаде.
И хотя с каждым часом людей на площади становилось все больше, здесь царила тишина. Всем хотелось поскорее услышать победный гром барабанов…
Вскоре до слуха собравшихся долетели эти радостные звуки. На дороге, ведущей к пирамиде, появился знаменосец с огромным знаменем из разноцветных перьев. Следом за ним плыли носилки накона Тепеуха. Након был в красной накидке. Его голову украшал убор из разноцветных перьев птицы кетсаль.
За носилками стройными рядами шли воины с копьями и луками в руках.
— Громче трубите, трубачи, и бейте в барабаны, барабанщики. Након Тепеух возвращается с победой.
Знаменосец подошел к пирамиде и склонил знамя.
У первой ступени пирамиды телохранители опустили носилки, и након Тепеух стал подниматься по ступеням вверх — туда, где его ждал Халач-Виник.
Након Тепеух встал на колени перед верховным правителем. Халач-Виник дал знак, и жрецы подняли накона. Халач-Виник подарил накону ожерелье из драгоценного нефрита и пообещал новые земли и рабов.
Тысячи пар индейских глаз пристально наблюдали за своим вождем, не пропуская ни одного его движения.
Халач-Виник подошел к краю верхней площадки пирамиды и громовым голосом объявил:
— В честь победы над бледнолицыми жрецы воскурят священный копаль, потом начнется игра в мяч между защитниками бога дождя и бога ветра.
Над пирамидой взвились струйки белого дыма. Они поднимаются к голубому небу.
А на поле стадиона уже вышли игроки: защитники бога ветра в красных набедренных повязках, защитники бога дождя — в синих. На руках у игроков браслеты из сушеных плодов. На коленях — кожаные подушки. Тяжелый круглый мяч лежит на поле стадиона. Его сделали из «белых слез», которые роняет священное дерево, если его ранят.
Игроки пока не трогают мяч. Они бегают по полю. Встав на колени и локти, они прыгают как лягушки. Среди них два лучших игрока индейцев майя — Синтейют и Шимчах.
Когда жрецы кончили раскуривать священный копаль, музыканты ударили в барабаны, затрещали трещотки, засвистели свистульки, заиграли трубы. Халач-Виник, опираясь на свой жезл, начал спускаться с пирамиды.
Девяносто одна ступень пирамиды отделяет верховного правителя от народа. Индейцам казалось, что там, наверху, Халач-Виник рядом с богом. Он говорит с ним, узнает, как жить индейцам на земле.
Шаг! Еще шаг! Легкая накидка Халач-Виника скользит по каменным ступеням. Позади идут жрецы — его верные советники и након Тепеух. А внизу, где раскрыли свои пасти огромные каменные головы «пернатых» змей, телохранители уже держат в своих могучих руках носилки верховного правителя, сплетенные из разноцветных прутьев.
Халач-Виник садится в носилки, ставит меж колен свой жезл. Воины поднимают носилки и, мягко ступая по земле, направляются на стадион. По обе стороны длинного поля высокие каменные стены. На каждой каменное кольцо. На северной стороне стадиона трибуна Халач-Виника. Она больше похожа на храм. Под мощной крышей из тесаных каменных плит стоит только одна скамейка.
На стадионе каждый знает свое место. Чиланы, чаки, жрецы садятся на ступени Храма ягуаров, который возвышается на восточной стороне стадиона. Художники, мастеровые, лекари идут на южную трибуну. Простой люд размещается на западной трибуне.
Носилки Халач-Виника замерли перед каменной скамейкой трибуны.
— Защитники бога дождя и бога ветра, — над стадионом разнеслись слова Халач-Виника, — вы начинаете священную игру в мяч. И пусть каждый из вас честно отдаст свои силы и ловкость этой священной игре, и тогда мы будем знать, какую судьбу нам готовит будущее.
Халач-Виник склоняет голову, и люди замирают на трибунах. Ветерок ласково треплет разноцветные перья пышного головного убора Халач-Виника.
Взгляд верховного правителя нацелен на Синтейюта, главного игрока команды защитников бога дождя, и на Шимчаха, главного игрока команды защитников бога ветра.
— Вы должны драться за победу, не жалея сил, — снова прогремел голос Халач-Виника. — Жизнь главного игрока побежденной команды будет отдана богу.