— Вы не ответили на мой вопрос. Почему вас интересует Плащаница?
— Потому что она вызывает много споров. Кроме того, она словно притягивает к себе насилие, пожары. Было совершено несколько попыток краж в соборе…
Профессор Марше подняла бровь и с некоторой долей пренебрежения решила подвести черту в их разговоре.
— Мадемуазель Хименес, боюсь, что не смогу вам помочь. Я не специализируюсь на мистических событиях, а потому вам нужно поискать кого-нибудь более компетентного в данной области, чтобы обсудить с ним весьма интересный тезис о том, что Плащаница вызывает всякие беды.
Элианн Марше встала. Ей было абсолютно неинтересно разговаривать с этой глупой журналисткой. За кого она ее принимает, если осмеливается говорить такую чушь?
Анна даже не пошевелилась на стуле. Она пристально посмотрела на профессора и предприняла еще одну попытку, стараясь хотя бы на этот раз не дать маху.
— Боюсь, что я неправильно выразилась, профессор Марше. Меня вовсе не интересует мистика, и мне жаль, если я показалась вам человеком, серьезно относящимся к таким вещам. То, что я хочу написать, — это документальная история, как раз лишенная каких-либо толкований в духе магии, мистики и тому подобного. Я ищу факты, факты и только факты, а вовсе не домыслы. Потому я и пришла к вам, что вы способны отделить правду от домыслов, как у более, так и у менее известных авторов. Вы так хорошо знаете о событиях, происходивших во Франции в тринадцатом и четырнадцатом веках, как будто это произошло лишь вчера. Именно эти ваши знания мне и нужны.
Профессор Марше продолжала стоять, но уже начала сомневаться в том, как ей следует поступить: распрощаться с этой девочкой или все-таки выслушать ее просьбу. Объяснение, которая она только что услышала, было, по крайней мере, серьезным.
— У меня мало времени, а потому скажите мне, что конкретно вы хотели бы узнать.
Анна с облегчением вздохнула. Она понимала, что стоит ей теперь сделать один неверный шаг — и с ней тут же распрощаются.
— Мне хотелось бы, чтобы вы рассказали обо всем, что связано с появлением Священного Полотна во Франции.
Сохраняя равнодушное выражение лица, профессор пересказала Анне всевозможные подробности появления Плащаницы в деревушке Лирей.
— Самые подробные летописи той эпохи утверждают, что в 1349 году Жоффруа де Шарни — феодал, владевший деревней Лирей, — заявил, что у него находится погребальный саван с отпечатком тела Иисуса, которому поклоняется вся его семья. Он отправил письма Папе Римскому и королю Франции, прося разрешения построить соборную церковь, в которой можно было бы выставлять этот погребальный саван для поклонения верующих. Ни Папа Римский, ни король не ответили на просьбу хозяина деревушки Лирей, а потому соборную церковь так и не построили, однако этот погребальный саван стал объектом поклонения с согласия священников деревни Лирей, которые увидели в этом возможность повысить собственную значимость.
— Но откуда там появился этот погребальный саван?
