Ванная была занята. Наверх идти так далеко… Можно одну секундочку, пока брат умывается, подремать… подумать… Виктоша прикрыла глаза…
Белоснежный лайнер раскачивался на волнах. Пенились морские буруны, кричали чайки. Роскошно одетая публика прогуливалась по многочисленным палубам, а на самом верху, на капитанском мостике стоял Андрейка в огромной капитанской фуражке, которая то и дело сползала ему на глаза, и важно поглядывал на набегающие волны. Одна волна поднялась особенно высоко, вспенилась и окатила Виктошу с головы до ног.
– Тону! Тону! – закричала девочка и вскочила на ноги. Перед ней стоял Андрейка и хитро улыбался, за спиной он, явно, прятал кружку, из которой и окатил сестру.
– Ну, погоди у меня! – рассердилась Виктоша и кинулась за братом. Он ловко вывернулся, бросился к лестнице на второй этаж и через две ступеньки поскакал наверх. Виктоша добежала до лестницы и погрозила брату кулаком.
– Ну, погоди у меня! – снова повторила девочка, развернулась и пошла в ванную.
«Ну, вот, душ я уже, вроде как, приняла, – подумала она. – Наверное, надо просто почистить зубы, причесаться и можно, как выражается Андрейка, выступать». Так она и сделала.
Брат заслужил прощения – он самостоятельно собрал необходимые на пляже вещи, и уже нетерпеливо приплясывал на крыльце, когда Виктоша вышла из дома. Она притворно нахмурилась, но он уже знал, что она не сердится.
Всю дорогу Андрейка о чем-то без умолку тараторил, задавал кучу всяких вопросов, ответов на которые у него не хватало терпения дождаться, так как на подходе были все новые и новые вопросы.
Вдали уже показалось двухэтажное бетонное строение, гордо именуемое здесь как «торговый центр».
– Что это? – вдруг воскликнул Андрейка и с силой дернул Виктошу за руку.
Только тут она поняла, что уже давно слышит какой-то странный дребезжащий стук или грохот, и он все нарастает и нарастает. Она проследила глазами за взглядом брата: по дороге неслась легковушка с разбитым лобовым стеклом, на ее капоте, дребезжа и подпрыгивая при каждом резком скачке машины, лежал велосипед. Легковушка с разгона пролетела через лежачего полицейского, велосипед взлетел высоко в воздух, упал на мостовую, легковушка переехала его и понеслась дальше.
– Это что? – Андрейка продолжал дергать сестру за руку. – Это теперь так велосипеды что ли возят? Это новая перевозка, да?
– Пойдем! – Виктоша решительно потянула его за собой. – Пойдем скорее!
«Мамочка…» – с тревогой думала Виктоша.
Она неслась вперед и вперед, не замечая ничего вокруг, притихший Андрейка семенил следом.
«Мама! Мамочка! – одна мысль билась у нее в голове. – Что же я скажу Андрейке?.. И папе… Какого цвета был велосипед? Машина, кажется, была синяя… А вот велик?..»
Они вылетели на перекресток за торговым центром и резко остановились.
На перекрестке уже стояли две машины скорой помощи, валялся еще один велосипед.
«Черный, – отметила про себя Виктоша. – А у мамы зеленый. Какой же был тот?..»
Из-за «скорой» выглядывали носилки, покрытые белой простыней. Рядом нервно курил один из водителей скорой помощи. Врачи суетились поодаль вокруг кого-то, кто еще лежал на земле.
Стараясь держать Андрейку позади себя, чтобы он как можно меньше видел, Виктоша начала потихоньку пробираться к месту происшествия. Внезапно он снова резко дернул ее за руку.
– Смотри! Смотри! Что это?
Виктоша повернулась к нему. Он был бледен, и от этого его широко открытые то ли от удивления, то ли от страха, глаза казались просто огромными. Он стоял, не двигаясь, и лишь потрагивала его вытянутая вперед рука.
– Это кровь?.. – прошептал он, не столько спрашивая, сколько пытаясь не верить в увиденное. – Это кровь! – в ужасе закричал он.
Несколько голов повернулись в их сторону. Виктоша начала отступать и потянула за собой брата, но тот стоял, как вкопанный, и мелко-мелко дрожал.
– Пойдем, Деинька, пойдем, – уговаривала Виктоша, стараясь увести брата подальше от этого страшного места.
Внезапно она почувствовала, как кто-то обнял ее за плечи. Виктоша обернулась.
– Мама!
Андрейка тоже увидел маму. Подбежал. Крепко обхватил ее руками.
Она нежно, но крепко обняла их и повела прочь.
– Что там, мамочка? Почему там кровь? Откуда она взялась? – возбужденно тараторил Андрейка, выстреливая по шестьдесят слов в секунду. – А почему так много народу? А скорая помощь зачем? Кто-то заболел?
– Мамочка… Я так за тебя испугалась… – тихо прошептала Виктоша, прижавшись к маме.
– Глупенькая… со мной все в порядке, – мама поцеловала ее в висок.
– А, мы видели машину, – продолжал Андрейка. – Она везла на капоте велосипед! Почему она везла его на капоте? Ведь надо на багажнике, да? На багажнике ведь?
Они подошли к маминому велосипеду. Он валялся прямо на обочине. Вероятно, она ехала вдоль тротуара, высматривая в толпе своих детей, и, услышав возглас сына, бросила велик и побежала на голос.
