— Надеюсь, не внешне? — хохотнул Ричард, за что был тут же удостоен недовольного взгляда министра.
Впрочем, последнее лорда нисколько не смутило, и он расселся, вольготно вытянув под столом длинные ноги.
— Нет, — сдержанно улыбнулся Дайас. — Только с функциональной точки зрения. Внешне это что-то вроде… черной коробки вытянутой формы. Но в принципах, по которым аппарат получает сигнал, заложены основы телепатии. Текст как бы передается искусственному мозгу на мыслительном уровне. А затем аппарат воспроизводит текст, как если бы человек повторял то, что ему диктуют. Таким образом, хозяин аппарата слышит все, что произносится в студии, с приблизительно минутной задержкой. Мы назвали эту систему «эхолиниями», поскольку аппарат повторяет «услышанное» наподобие эха.
Дайас замолчал, видимо, сочтя, что сказал достаточно и его функция на этом закончена.
— Любопытно, — проговорил помощник министра. — Весьма любопытно. И как конкретно вы планируете использовать это изобретение?
На сей раз вопрос был адресован Сэнду.
— В течение дня по эхолиниям будет передаваться различная информация, — ответил тот. — В том числе и развлекательного характера. Люди должны счесть это новшество интересным и стоящим того, чтобы его слушать. Человек в студии будет зачитывать свежие новости — заметьте, что в этом плане эхолинии будут существенно опережать газеты. Новость можно озвучить, едва она станет известна. А вот выход газеты занимает прилично времени. А помимо всего прочего — и максимально ненавязчиво — нам следует транслировать нужную информацию. О достижениях темного лекаря, об успехах темного телепата в поиске пропавших людей и так далее. Можно также использовать этот ресурс, чтобы помогать темноволосым иммигрантам в трудоустройстве.
— Если по эхолиниям будут идти развлекательные передачи, то леди Кенборт могла бы выступать со своими историями, — подал голос Райс.
Я уставилась на него в немом изумлении, постепенно трансформирующемся в укоризну. Остальные присутствующие глядели на Райса кто в недоумении, а кто с любопытством.
— С какими историями? — решился уточнить Сэнд.
— Не думаю, что это актуально для наших целей, — поспешила откреститься от инициативы я.
— А по-моему, как раз наоборот, — возразила эта зараза. — В Темном Оплоте госпожа Кенборт проявила дар талантливой рассказчицы. Истории в ее исполнении слушали как дети, так и взрослые. Я полагаю, что ее рассказы помогли бы сделать эхолинии более популярными.
Я одарила Райса тяжелым, выразительным взглядом, намекая на то, что некоторые могли бы и промолчать. Он, в свою очередь, посмотрел на меня не менее выразительно, уверенный в собственной правоте.
— А если люди узнают, что рассказчица — темная, это снизит степень их недоверия к темной масти, — подхватил, на мою голову, министр. — Мы убиваем сразу двух зайцев. Определенно, мне нравится такая идея.
— Зато мне не нравится, — пробурчала я, правда, совсем тихо. А громче сказала: — Если люди узнают, что рассказчица — темная, они попросту не станут слушать.
— А мы не будем говорить им сразу, — поддержал идею Райса помощник министра. — Пусть сначала послушают рассказы, получат удовольствие, привыкнут, что рассказы передаются, скажем, ежедневно или еженедельно в один и тот же час. А уж затем кто-нибудь из журналистов — или как будут называться работники эхолиний? — расскажет, например, вашу краткую биографию. Избирательно, конечно, — добавил он, видя, что я вовсе не пришла в восторг от этой идеи. — Еще лучше будет, если у рассказчицы возьмут интервью. Это возможно? — обратился он к Дайасу.
— В целом да, — с некоторым сомнением протянул тот. — Есть, правда, проблема: аппарат повторяет текст одним, фиксированным голосом. Мы делаем два варианта приемников: голос может быть мужским или женским. Но в данном случае это ничем не поможет. Слушатели не смогут разобрать, когда заканчивает говорить журналист, а начинает — гость.
— Не вижу в этом большой проблемы, — вмешался Ричард, по-прежнему сидя в своей расслабленной позе. — Можно ввести систему опознавания специально для эхолиний. К примеру, если в передаче принимает участие несколько человек, каждый называет свое имя, прежде чем высказаться. Или что-то в этом роде.
Я в полном смятении повернулась к Сэнду.
— Я полагаю, детали, касающиеся содержания эхопередач, можно будет обсудить на другом уровне, — пошел мне навстречу он. — И, разумеется, нам по меньшей мере понадобится согласие потенциальных ведущих. А теперь предлагаю перейти ко второй теме сегодняшнего обсуждения, значительно более сложной. А именно — к работе с населением Оплота.
— Это вообще реализуемо? — осведомился заместитель министра, склонив голову набок.
