Наступает момент, когда усталость перевешивает любые помехи, и человек все-таки засыпает. Случилось так и с Тамирой. Однако под утро, в час, когда тьма еще стояла ночная, но знающий человек уже чувствовал близость рассвета, девушка проснулась. Криков слышно не было, но словно в самом воздухе витало что-то тревожное, давящее, неспокойное. Поднявшись, Тамира решила посмотреть, как там пациент. И обнаружила, что он шепотом, еще более пугающим, чем крик, выдыхает во сне: «Отпустите».
Девушку передернуло от жутковатого, неприятного чувства, какое человек может испытать лишь в такой предрассветный час. Она снова села рядом, опустила руку на горячий лоб. Да что ж такое? Если бы его в тюрьме запытали чуть ли не до смерти, все это было бы легко объяснимо. Но тогда и следы на теле были бы совсем иными. Да и потом, не звери же там служат. Ну, допросили, конечно, по всем правилам, но ведь не более того? Впрочем, многим людям и этого было бы достаточно.
Подумав, что вряд ли она сможет уснуть, если все повторится, да и вообще бегать туда-сюда надоело, Тамира просто прилегла на кровать рядом с пациентом. После чего крепко уснула и проспала чуть ли не до полудня.
Проснувшись, она не сразу поняла, как здесь оказалась. А вспомнив, чуть не свалилась с кровати, поскольку обнаружила, что пациент тоже проснулся и глядит на нее вполне осмысленным взглядом.
Тамира поспешно соскочила на пол и схватилась за одежду, проверяя, хорошо ли та завязана. А параллельно постаралась придать своему лицу максимально деловое и независимое выражение.
— А я тут ваше самочувствие проверяла, — ляпнула она, хотя объяснений пока никто не просил.
— Я так и понял, — кивнул беглец.
Голос был хриплым (еще бы, после такой-то ночи), но отнюдь не безжизненным.
Злясь и на себя, и на незнакомца за собственное смущение, Тамира сосредоточилась на работе. Принялась смешивать в кружке ингредиенты для лекарства.
— Кто вы?
Пациент, похоже, не собирался оставлять ее в покое.
— Травница, — ответила Тамира, не отрываясь от кружки.
— И… все?
Почему-то такой ответ больного не удовлетворил.
— Меня зовут Тамира, если вам так важно это знать, — бросила она, приподняв кружку и разглядывая на свет результат своих трудов.
Мужчина промолчал, не попытавшись выпытать дополнительные детали ее биографии.
Выпил поднесенное ею лекарство. На сей раз он пусть не без труда, но приподнялся сам и даже сам держал кружку, хоть Тамира его при этом и подстраховывала.
Однако долго молчать, к неудовольствию девушки, пациент все-таки не мог. Определенно, в бессознательном состоянии он ей нравился больше.
— Как я здесь оказался? — спросил он, напряженно хмурясь.
— Пришли, — отозвалась Тамира, вновь принимаясь за дела, на этот раз не касавшиеся непосредственно пациента. Просто именно в этой комнате находились почти все ее запасы лекарственных трав, равно как и прочие компоненты, необходимые для приготовления снадобий. — Могу уточнить, что ногами, если это для вас важно.
— Стало быть, мне все это не привиделось? — Ну, право слово, какой разговорчивый! — Девушка с корзиной, не выдавшая меня страже, потом долгий путь через лес и темный дом в глуши?
— Не такая уж здесь и глушь, — обиделась Тамира. — А шли мы не так уж долго, всего-то с час.
— С час? — удивился пациент. — А мне казалось, прошло не меньше суток.
— В таком состоянии вам и не то могло показаться, — «порадовала» его травница.
— Как, вы сказали, вас зовут? Тамира? — уточнил он, опуская голову на подушку и прикрывая глаза. Впрочем, это не заставило его перестать говорить. — Занятно. Мне тогда подумалось, что сама Давирра решила укрыть меня от преследования. А у вас даже имя похоже.
— Уверяю вас, я совершенно материальна. — Тамира оторвалась от дел и протянула пациенту градусник. — Суньте под мышку. — Сравнения с лесными духами ей не льстили, а почему-то, наоборот, заставляли напрячься. — Вас-то самого как зовут?
Мужчина открыл глаза и посмотрел на нее со все возрастающим удивлением.
— Вы меня не знаете? — проговорил он затем.
— Нет, — пожала плечами Тамира.
Он что, какая-нибудь знаменитость? Известный артист? Впрочем, даже если и так, в лес актеры с представлениями не приезжали.
Впрочем, следующий вопрос незнакомца кое-что прояснил. Во всяком случае, Тамире стало понятнее его замешательство.
— Тогда почему же вы привели меня сюда?
— Я же сказала вам еще тогда, — отозвалась травница, принимаясь разогревать бульон.
— Да, помню. Вы пьете человеческую кровь, — кивнул больной, давая понять, что оценил шутку.
— Надо же, запомнили. Что ж вы тогда со мной пошли? — полюбопытствовала она, помешивая вкусно пахнущую жидкость длинной ложкой.
— После всего, что со мной случилось, такая перспектива показалась далеко не самой пугающей.
— Ну, вы ведь сами в этом виноваты, — невозмутимо отозвалась Тамира. — Вы же преступник. Не знаю уж, что вы натворили, но, видимо, знали, на что идете, когда нарушали закон. Тем не менее решили рискнуть. Вот и поплатились.
