В особняк мы переместились при помощи портала в тот же день, вскоре после обеда. В комнате, где мы оказались, кроме нас, никого не было, и это позволило мне спокойно оглядеться. Богатое, я бы даже сказала — роскошное убранство. До потолка я бы вряд ли дотянулась, даже если бы оказалась вдвое выше ростом. Три высоких окна, за которыми зеленеют многочисленные деревья. Преобладают среди них сосны. Видимо, тот самый парк, о котором упомянул Сэнд. На первый взгляд кажется, что это настоящий дикий лес, и только присмотревшись повнимательнее, можно по мелким штрихам определить, что место в действительности ухоженное.
Сэнд стоял у окна, сложив руки на груди, и спокойно ждал, пока я осмотрюсь и буду готова к разговору.
— Ну, хорошо. И что теперь? — спросила я, обрывая процесс созерцания и поворачиваясь к мужу.
— Теперь я бы хотел познакомить тебя с герцогом Настрийским.
— С кем?!
Я уставилась на Сэнда с отвисшей челюстью.
— С наследником престола, — спокойно подтвердил он.
— С принцем?
— Совершенно верно.
— Хочешь сказать, он меня примет? — скептически нахмурилась я.
Муж и бровью не повел.
— Это вообще очень вежливый молодой человек. Кстати, вот он.
И Сэнд указал куда-то за окно. Я подошла поближе. Внизу по тропинке шагал худой мужчина. Сейчас мы видели его со спины, поэтому я не имела возможности рассмотреть лицо наследника престола. Но это было и не нужно. Скажем так: в данный момент лицо его интересовало меня меньше всего. Спустя несколько секунд я громко расхохоталась, согнувшись в три погибели.
Сэнд мрачно смотрел на меня, совершенно не разделяя моего веселья.
— Так вам, светлым, и надо, — выдохнула я, отсмеявшись. — Все-таки боги есть!
— Все сказала? — по-прежнему мрачно осведомился Сэнд.
— Прости, не удержалась, — повинилась я, вытирая глаза.
И снова выглянула в окно. Наследник успел уйти достаточно далеко, но его все еще было видно. Очень молод — об этом каким-то неуловимым образом свидетельствует весь его облик. Получил аристократическое воспитание — такие вещи очень легко читаются и по осанке, и по движениям. И — темноволос.
— Он… законнорожденный? — спросила я, понизив голос.
— Да, — ответил Сэнд. — Темный ребенок светлых родителей. Такой же, как ты.
Как я ни пыталась сохранить серьезное выражение лица, губы против воли растянулись в улыбке. Такой же, как я. Все это хорошо, но — в королевской семье?!
— Теперь понятно, почему его так тщательно прятали, — заметила я, всеми силами стараясь вернуть своему лицу более подобающее выражение.
Мое веселье явно коробило Сэнда, в глазах которого смешащая меня ситуация представляла огромную проблему государственного масштаба, каковую именно ему и приходилось решать.
— Да, — подтвердил он. — Когда ребенок родился темным, его поспешили увезти из дворца, официально представив этот шаг как меру безопасности. Скрыть масть иным способом на том этапе было невозможно. Парики никуда не годились, да и какой младенцу парик? Иллюзорная магия тоже была менее развита. Впрочем, эти меры и на сегодняшний день недостаточно действенны. Конечно, в распоряжении принца будут лучшие специалисты, способные создавать долгосрочные иллюзии. Но дар некоторых светлых позволяет видеть истинный облик. Кроме того, похоже на то, что рыжеволосые и вовсе невосприимчивы к какому-либо виду магии.
— В самом деле? — заинтересовалась я.
— Да. Этот вопрос сейчас исследуется. Научно их иммунитет еще не доказан, но существует очень много косвенных подтверждений этой теории. А раз так, значит, все рыжеволосое население Настрии моментально увидит, что «король-то голый». Что же касается парика… Сама понимаешь: король (будущий король) — слишком видная фигура, чтобы тот факт, что он носит парик, долго хранился в секрете.
— Понимаю.
Тут я не могла с ним не согласиться. Конечно, в Оплоте власть имущие гораздо ближе к народу, чем здесь, но и в Настрии короля непременно окружает огромное число людей. Родственники, министры, слуги, стражники… В сущности, если вдуматься, то о короле Оплота люди знали значительно меньше, чем о настрийском монархе.
— А все эти слухи и расхождения во мнениях о том, сколько лет принцу… — Я вопросительно посмотрела на Сэнда.
— Разработаны приближенными короля специально для того, чтобы сбить всех со следа, — подтвердил мою догадку он. — И можешь не сомневаться, каждый «слух» был предварительно подан королю на одобрение в трех экземплярах.
— А сколько ему лет на самом деле? Я имею в виду — принцу?
Даже не ожидала, что меня охватит столь жадное любопытство.
— Шестнадцать.
Вот как. Стало быть, самая простая версия оказалась наиболее правдивой. Принц родился именно тогда, когда предполагалось изначально. Не было никаких подмен и никаких игр с возрастом.
И все-таки важнее сейчас было другое.
— Стало быть, поэтому ты так стараешься объединить Настрию и Оплот! — наконец-то дошло до меня.
Сэнд кивнул в знак согласия.
