Снова у Сэнда в руке букет, и снова перед нами стоит священник. Только на сей раз это архиепископ Астарх собственной персоной, в золотой сутане, предназначенной для особых торжеств, и он, конечно же, трезв как стеклышко.
– Братья и сестры! – приступил к церемонии Астарх, когда гости кое-как устроились в храме, который при других обстоятельствах никто бы не рискнул назвать тесным. – Мы собрались здесь, чтобы лицезреть чудо, ибо лишь чудом можно назвать событие, когда боги соединяют две жизни в единую семью. Две судьбы сплетаются вместе, дабы превратиться в одну. Знаю, что здесь – не место для политики, однако же считаю важным подчеркнуть значимость этой свадьбы. Сами боги свели этих двоих вместе именно сейчас, в наш век перемен. Сегодня помимо новой семьи они даруют нам символ будущего, напоминая о том, что мир негоже делить на темный и светлый. Тысячу раз сказано, что, кроме черного и белого, существует множество других цветов. Я же хочу подчеркнуть, что, даже сосредоточившись на черном и белом, достаточно лишь немного напрячь глаза, дабы разглядеть разнообразие оттенков. Оттенки эти переплетаются, образуя черно-белую палитру. И ее используют сами боги, рисуя чудесной кистью новые образы на листах судьбы. И вот теперь я спрашиваю тебя, Элайна, урожденная Кенборт, подтверждаешь ли ты свое согласие быть женой Александра Уилфорта в горе и радости, во тьме и в свете?
– Да, – просто ответила я.
Речевые изыски были бы сейчас излишни.
– А ты, Александр Уилфорт, подтверждаешь свое согласие взять в жены Элайну, урожденную Кенборт, быть ей мужем и заботиться о ней в горе и радости, во тьме и свете?
– Подтверждаю, – звонко произнес Сэнд.
– В присутствии свидетелей объявляю ваш брак действительным! – торжественно провозгласил архиепископ. – Лорд Уилфорт, вы можете поцеловать свою супругу.
И Сэнд вручает мне букет.
Дальше пошли многочисленные поздравления. Среди присутствующих у Сэнда было значительно больше знакомых, чем у меня, поэтому неудивительно, что на какое-то время его от меня оттеснили. Я была не в обиде. В отличие от свадебной церемонии, брачной ночи у нас пока еще не было, и Сэнд обещал исправить сегодня это упущение с набежавшими за прошедшее время процентами. Так что я была вполне в состоянии немного подождать, не борясь за его внимание со всеми присутствующими.
Увидев знакомое лицо, я сама направилась в сторону гостьи.
– Поздравляю! – улыбнулась Тамира, шагнув мне навстречу. – Это очень значимое событие.
– Спасибо. Вас тоже можно поздравить? Я слышала, вы с Эдвином поженились неделю назад?
– Да, – смущенно кивнула девушка. – У нас все было совсем не похоже на это. – Она обвела взглядом полное народу помещение. – Всего двенадцать гостей.
Я понимающе кивнула: двенадцать – это минимальное число свидетелей, которое должно присутствовать на церемонии бракосочетания, чтобы она считалась действительной. Робкой Тамиру назвать нельзя, но многолюдные собрания заставляли девушку напрячься: она и сейчас была, без сомнения, здорово скованна и чувствовала себя не в своей тарелке. Впрочем, это могло быть связано и с тем, что она впервые в жизни находилась за пределами Оплота, в месте, где светловолосых было значительно больше, чем темных.
– Уверена, Эдвин будет отличным мужем, – сказала я, стремясь отвлечь ее от созерцания окружающей толпы.
Не могу сказать, чтобы мне самой была особенно нужна столь пышная церемония, но я и не испытывала в данной связи серьезного дискомфорта.
– Да, – невольно улыбнулась Тамира. – Думаю, что так.
– Он не смог приехать?
– К сожалению. Дела никак не позволяли. Так что я здесь за двоих. Большое спасибо вашему мужу за то, что открыл для меня портал. В такой день ему наверняка было чем заняться и без этого.
– О чем разговор! – отмахнулась я. – Хорошо, что вы смогли выбраться. Стало быть, дел в Оплоте по-прежнему выше крыши?
– Да, и это еще надолго, – вздохнула Тамира. – Это не совсем та жизнь, которой мне бы хотелось. Да и у Эдвина к вечеру не остается сил даже пошевелиться. Но мы договорились, что через несколько лет, когда основные сложности разрешатся и жизнь войдет в более спокойное русло, мы переедем в Настрию. В какое-нибудь небольшое, спокойное селение.
– Вам не станет там скучно?
Я примерила ситуацию на себя: сама бы я заскучала где-нибудь в захолустье очень быстро, как бы сильно предварительно ни устала.
Тамира уверенно покачала головой.
– Не думаю. После жизни в лесу это будет самым настоящим компромиссом. Да и Эдвин, похоже, за ближайшие несколько лет окончательно возненавидит суету. Мы оба нуждаемся в отдыхе и спокойствии. И чем заняться, тоже найдем. Эдвин говорит, что теперь в любом месте будет нужен человек, который следил бы за равноправием между темной и светлой мастью. А я продолжу заниматься своими травами, если, конечно, от этого будет в Настрии какой-то толк.
