— … Камеры наблюдения сняли, как один из посетителей воспользовался моментом перед закрытием, когда вслед за экскурсоводом все вышли из зала, — продолжала ведущая, — тяжёлой бронзовой вазой разбил стекло, схватил выставленные экспонаты и пулей выскочил из музея. Но не успел пробежать со своей ношей и ста метров, как был сбит автомобилем, мчавшимся на большой скорости. Водитель транспортного средства не остановился, он объявлен в розыск. Грабителя-неудачника обступили неравнодушные граждане, пытавшиеся оказать ему помощь до прибытия скорой, однако мужчина скончался на месте. Все похищенные вещи возвращены владельцу частной коллекции, кроме средневекового ключа, утерянного, судя по всему, во время дорожного происшествия.
— Ключ! — воскликнула Маша. — Неужели это тот самый?
— … Согласно преданию, ключ достался в качестве военного трофея хану Джелал ад-Дину после победы объединённых войск над Тевтонским орденом, — словно подтверждая Машино предположение, сообщила ведущая, — и являлся одним из ключей от казны крестоносцев. Тщательные поиски на месте происшествия пока результата не дали — ключ по-прежнему не найден. Нашедшего ожидает награда. Личность преступника установлена. Им оказался местный житель с тяжёлой наркотической зависимостью. Мотивы преступления не ясны. Информация туристам — музей закрыт для посещений на ближайшие три дня. — Ведущая улыбнулась и продолжила сообщать новости: — В московском зоопарке пополнение — родились сразу…
— Вот так съездили в Самарканд! — удручённо воскликнула Маша, выключая телевизор. — Пока мы планировали вылет, кто-то добрался до первого ключа и похитил его. То, что грабителя сбила машина — не случайность! Всё было спланировано. Наверняка ключ забрал один из «неравнодушных граждан», обступивших пострадавшего грабителя, задумавший и осуществивший преступление.
— Не сомневаюсь, что это работа Райнера Штольца или Мартина Вебера, — Готтлиб нахмурился. — Это пока не катастрофа. Сам по себе ключ ничего не стоит. Остаются ещё два и печать. Ты уверена, что ячейка в банке — это надёжное место?
— Нет, то есть, вчера вдруг возникли сомнения, — Маша покраснела. — Я не сказала тебе, извини. В общем, подвеска здесь, в моей сумочке. Я не оставила её в банке. Сама не знаю, почему. А теперь понимаю, что совершила глупость. Эти парни ни перед чем не остановятся. Им убить человека — раз плюнуть. Боже мой, во что я влипла! Готтлиб! Надо срочно перебираться отсюда в город! Там вокруг люди, полиция, камеры наблюдения. Здесь мы в реальной опасности!
— Маша, ты под моей защитой. — Крестоносец гордо расправил плечи. — Пусть только попробуют сунуться в дом, как тут же познакомятся с моим мечом. Я владею им в совершенстве.
— Как ты наивен! — воскликнула Маша. — Нас легко можно перестрелять с большого расстояния с помощью огнестрельного оружия. Против него твой меч — детская забава. А ещё проще — устроить нам ДТП со смертельным исходом на дороге, ведущей к городу. Чем ты поможешь, когда в машину врежется тяжёлый грузовик на огромной скорости?
— Думаю, ничем, — с грустью в голосе проговорил Готтлиб.
— Всё! Собираемся и немедленно уезжаем! Не хочу ждать, пока сюда заявятся дружки Кирилла! Они наверняка уже обеспокоены его исчезновением! По дороге заедем в банк. Надо исправить вчерашнюю ошибку и вернуть подвеску на место.
Пока Готтлиб укладывал свои немногочисленные вещи в машину, Маша связалась с агентом, сообщила ему о досрочной сдаче особняка, пообещала всё проверить перед отъездом и оставить ключи в условленном месте. Как только всё было готово, женщина вывела автомобиль на дорогу и направила его обратно в Москву. С каждым километром, приближающим её к столице, Маше становилось спокойнее на душе, словно большой, многомиллионный муравейник мог её защитить и надёжно спрятать в своих недрах. Как только машина влилась в поток автомобилей, движущихся по МКАДу, женщина совсем успокоилась и даже немного пожалела о своём паническом бегстве из особняка. Что о ней подумает Готтлиб? Что она неуравновешенная истеричка? Маша искоса взглянула на рыцаря, но он сосредоточенно смотрел вперёд, а вертикальные складки над переносицей указывали о его погружении в размышления. Теперь он не расспрашивал Машу о новостройках и достопримечательностях, лишь ободряюще улыбнулся, поймав её взгляд.
За два квартала до отделения банка образовалась огромная пробка, и машина еле двигалась в плотном потоке. Пришлось даже постоять некоторое время, пропуская полицейские автомобили и кареты скорой помощи, с воем и проблесковыми огнями спешащие куда-то.
— Что это с ними? — поинтересовался Готтлиб.
— Наверное, впереди серьёзное ДТП, — предположила Маша. — С пострадавшими.
Она редко пользовалась навигатором, но сейчас включила его, чтобы понять размер пробки, закупорившей улицу.
— Совсем немного осталось проехать. — Она облегчённо вздохнула. — Сразу за перекрёстком возле банка движение свободное. Поставлю там машину на стоянке, как в прошлый раз.
— Только пойдём вместе, — заявил Готтлиб.
