Муртазов не думал, что милицейский оперативник, начавший расследовать убийство Половцева, заинтересуется им уже как частное лицо. Но он был уверен, что его конкуренты, друзья и соратники Половцева, будут продолжать поиск. Причем, они тоже не пройдут мимо таинственной стройки. Поэтому, он был настроен на встречу с ними и даже возможную перестрелку.
Он был бы даже рад, если бы удалось вычислить их. Тогда можно было бы просто следить за ними и перехватить добычу на финальном этапе.
Но найти этих конкурентов было столь же не реально, как иголку в стоге сена. Поэтому хоругвеносец Муртазов решил сосредоточиться на единственной реальной зацепке – маршруте Половцева.
В отличие от подполковника Мыльникова, Муртазов не мог среди бела дня облазить стройплощадку, да еще и задавать вопросы работающим там людям. Поэтому он, осмотрев объект с высоты обрыва, решил полазить там ночью.
Осмотр ничего не дал.
Какое-то мгновение Муртазову показалось, что на стройке кто-то есть. Он долго стоял, вслушиваясь в тишину. Но она была полной. Хоругвеносец пытался почувствовать дыхание возможного противника. В некоторых ситуациях он это умел делать. Но усилился предрассветный ветерок, и такого рода звуки на его фоне были уже неразличимы.
Других же шорохов слышно не было.
Муртазов поводил по стенам своим скрытым фонарем и осторожно пошел прочь со стройки.
Он понимал, что помимо слежки за этим объектом надо будет придумать еще что-нибудь. Стоило связаться с владыкой.
– Святослав Михайлович? – раздался в телефонной трубке голос Маляева. Он звонил профессору Кузнецову в его загородный дом, расположенный на окраине городка, где и происходили все описываемые нами события.
– Рад вас слышать, Аркадий Сергеевич. Чем обязан столь позднему звонку?
– Я вас разбудил? Извините, Бога ради.
– Ну, что вы. Я же сова, ложусь поздно.
– Все равно, еще раз извините. А звоню я вам, чтобы спросить, как идут наши дела?
– Какие, Аркадий Сергеевич?
– Ну, наши поиски библиотеки Грозного.
– Аркадий Сергеевич, вы что-то путаете. По-моему, эта библиотека миф. И вы, кстати, тоже так думали. Однако, вызвать туристический бум в городе вполне возможно. И. насколько я помню, мы с вами, патриоты русской глубинки, хотели как раз вызвать некий ажиотаж в этом направлении. Но не дать этому ажиотажу превратиться в фарс неумеренными действиями иных местных энтузиастов. Я верно изложил наши совместные планы, так стихийно, невзначай возникшие?
– Разумеется, Святослав Михайлович, разумеется. Я просто был не точен. Именно это я и хотел выяснить. Нет ли новых попыток раздуть этот ажиотаж? Они сейчас не во время. Летний туристический сезон заканчивается. Да и инфраструктура города пока не подготовлена к такому развитию событий.
– Ну, инфраструктура медленно, но развивается в нужном направлении. Но я согласен с вами во всем остальном. И с удовлетворением могу сказать, что авантюр, связанных с поиском библиотеки я не наблюдаю. Впрочем, возможно я просто не в курсе. Но, все же, наверное, мои впечатления верны. Другое дело, что мы немного поддерживаем некий минимальный градус интереса к нашему городу, создавая различные слухи и маленькие интеллектуальные скандалы. Так, на местном уровне. Приглашая иногда скучающих деятелей из Москвы.
– Вы выбрали верную стратегию, Святослав Михайлович. Но, в конце концов, мы же с вами в некотором роде борцы за идею. Так что нам в отличие от местных энтузиастов развития туризма спешить некуда и по этой причине.
– Да, Аркадий Сергеевич. Мы действительно борцы за идею развития русской провинции. И все же, все же. – Он помолчал и продолжал. – Увы, воротилы местного масштаба не спешат оплачивать нашу помощь. Хотя мы их об этом и не просим.
– Да, отсутствие широты отличительная черта нарождающейся провинциальной элиты.
– Что делать, что делать.
– Кстати, Святослав Михайлович, что говорят в городе о случившемся побоище. Говорят у вас там драки со стрельбой и жертвами. Слухи дошли даже до Москвы. Вот уж что отнюдь не способствует привлечению туристов.
– Ну, знаете, это вообще не мое дело. Да и вы опять не точны. Какие слухи? Обо всем этом подробно писали центральные газеты и показывало ТВ в связи с визитом в область нового министра внутренних дел. Но в целом вполне рядовое событие. Цыгане с кавказцами делили рынки сбыта наркотиков. Кавказцев поддерживала администрация и судейские, цыган милиция. Победили менты и цыгане.
Кстати, эти события заставили местную публику полностью забыть о библиотеке Грозного, возможном туристическом буме, и тому подобных перспективах. Все же жизнь провинции довольно примитивна, что соответствует уровню большинства ее жителей.
– Но вы-то все же предпочли провинцию.
– Знаете, просто в Москве еще хуже.
– Да, суматошно у нас, суматошно. Но, не смею вас больше отвлекать. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Юродивый провинциальный дурак, – подумал, кладя трубку, доцент Маляев.
